Книга Любовный треугольник, страница 80 – Элла Савицкая

Давид тянется за лепешкой и приходится убрать ладонь, чтобы не мешать ему.

— Посмотрим. Ты сама как? Чем занимались? — свернув тему работы, переходит на другую.

— Гуляли. Мальчишкам скучно. Все их друзья остались в Ереване.

— Заведут новых. В год и два это не проблема.

— Ну… возможно ты прав. На площадке они вроде пытаются играть с другими детьми.

— Ну и отлично. Значит, не им скучно, а тебе. Так и говори.

От его прямоты меня снова обдаёт холодом.

— Ну… Что ж поделать, если мне не год и не два? — улыбаюсь, пожимая плечами, — Мне тяжело заводить новые знакомства. Открываться людям. Мне проще с теми, кого я давно знаю, и кто знает меня. Да и чужие здесь все мне. Ты знаешь, как я боюсь этого города. Чего стоит только тот раз в кафе, когда ты разозлился, что ко мне подсел тот мужчина.

Доев мясо, Давид отодвигает горшочек и пододвигает к себе ноутбук.

— Город здесь не при чем, — произносит, запуская какую-то программу, — а тебе нужно найти с кем общаться. Если тебе не хочется знакомиться на детской площадке, значит нужно найти другое место, где можно социализироваться.

— Какое?

— Да любое. Возьми, например, готовку свою, — оторвавшись от монитора, Давид устремляет на меня прямой взгляд, — почему бы не пойти на курсы или не поступить в кулинарный?

— Зачем? — недоумеваю я, — Тебе не нравится, как я готовлю?

— Нравится. Но всегда есть чему еще поучиться.

— Я учусь, — растерянно оправдываюсь, — каждый раз готовлю что-то новое. Ты разве не заметил?

— Заметил, — вздыхает он, — но если ты выучишься официально, у тебя будет диплом. Или сертификат, позволяющий тебе устроиться на работу или к примеру, открыть собственные курсы со временем. Потому что готовишь ты действительно отлично. А закапывать талант в четырех стенах, как минимум неправильно по отношению к себе самой.

Под его взглядом мне не по себе становится. Нет, я не против работы. Наверное… Просто никогда об этом не думала.

— Мне казалось у нас хватает средств. Ты приходишь домой, всё готово. А если я буду работать или учиться, я буду много чего не успевать. Ты будешь голодный.

— Ничего со мной не случится, Ани. Пельмени никто не отменял. Да и поджарить кусок мяса я себе в состоянии. Как и тебе с пацанами тоже.

— Ты что? С ума сошёл? Да меня мама твоя четвертует, если узнает, что ты себе готовишь.

Раздражение у Давида скрыть не получается. Глаза наполняются чем-то таким, от чего мне не по себе становится.

Чёрт, я снова вспомнила в разговоре его мать…

Хмыкнув, он обдаёт меня чем-то вроде разочарования, а потом возвращает своё внимание монитору.

Не понимаю к чему это было…

Я вообще поговорить с ним хотела сегодня о том, что хочу дочку. Пусть бы мальчики подросли, пошли в сад, а я бы занялась малышкой. Так давно мечтаю о маленькой принцессе и моей помощнице. О платьицах и заколочках, как у девчонок Лилит.

О какой работе и обучении вообще может идти речь? Дети болеть начнут вот-вот. Все болеют, когда начинают ходить в детский сад. Мне придется оставаться дома, чтобы их по очереди лечить. Кому нужна такая работница, которая все время берет отгулы?

Да меня уволят сразу же, без вопросов.

Вот только разговор, похоже, придётся отложить. Настроение у него совсем не то…

Встав, собираю посуду и расставляю её в посудомойку.