Книга Ты - моя паранойя, страница 123 – Элла Савицкая

Нужно бы сказать ей что-то, поддержать, но сейчас я не в состоянии. Каждый переживает часы, пока делают операцию, по своему. Я проваливаюсь в прострацию, понимая, что, если с Тарой что-то случится, я себе этого никогда не прощу. На моей футболке все еще её кровь, а последние слова, которые я сказал ей были, что я больше не хочу её любви.

Крепко зажмуриваюсь, ударяясь несколько раз затылком о стену.

Даже если она любила меня меньше, чем я её, это не отключает моих чувств. Они есть, они беснуются, горят в огне счастья, которое было у нас каких-то два дня назад.

Когда в зал ожидание входит уставший врач и снимает шапку, у меня пол из-под ног уходит. Я тут же подрываюсь и иду к нему. Камилла тоже вскакивает. Мужчина, чей халат в крови, что-то объясняет о сложности операции, о сотрясении и потери крови, а потом с сочувственным взглядом повергает меня в клиническую смерть:

— Она в коме.

Зак

Неделю спустя

— Вот, возьми. Я приготовила для Камиллы, - Мама протягивает мне пару ланчбоксов с мясом и ризотто, - Она и есть поди нормально перестала.

Утвердительно киваю. Я вижу мать Тары каждый день, и это больше не та оптимистичная женщина, которую я знал.

— Спасибо, ма.

Жду пока мама сложит ужин в пакет и отправляюсь к машине.

После случившегося в нашей семье всё вернулось на прежние места. Мама уговорила меня вернуться домой на время до учёбы. Снова возвращаться сюда не было огромного желания, но сам бы в общаге я себя сожрал заживо. Чувство вины долбит меня в темечко двадцать четыре часа в сутки.

Завожу тачку и выезжаю за ворота. Мой старенький Бьюик, который теперь возит меня, пока мой Мустанг на «реабилитации», не вытягивает тех мощностей, но теперь я не гоняю. Всякий раз, когда сажусь за руль в голове всплывают кадры того, как рядом сидит Тара. Слезы в её глазах, наши обоюдные крики. Эти демоны выползают наружу и пока я еду находятся рядом. Шипят, кусаются, вонзаются в кожу.

Мобильный начинает вибрировать на консоли, хоть как-то отвлекая меня. Бросаю взгляд на экран.

Макс.

Зажимаю телефон плечом, внимательно следя за дорогой. Почему блядь человеку, чтобы правильно себя вести на дороге нужно влететь в аварию? Иногда мы забываем, что мы не бессмертные, и пусть сами водим нормально нужно всегда помнить о других водителях. Человеческий фактор – его сука никто не отменяет. И иногда он стоит целой жизни.

— Да, Макс?

— Здоров, братец ты как?

— Да как обычно. Сам как?

— Неплохо. Хотим с пацанами тебя вытащить проветриться. Дилан предлагает боулинг, но я думаю, что можно и просто ко мне.

— Я уже уехал, Макс.

— Опять в больницу?

— Да.

На том конце повисает тишина, а потом щёлкает зажигалка. Макс закурил, и я хочу.

— Слушай, я понимаю всё, но может не надо туда ездить каждый день? Ты ничем не поможешь ей. Как только что-то будет известно тебе позвонят.

— А пока неизвестно предлагаешь мне шляться по боулингам и жить дальше? – выплевываю жёстко.

— Не бесись сразу, - наеживается Макс. – я просто говорю, что нет никакого смысла в твоих туда поездках.

— А в том, что я буду сбивать кегли есть?

— Да. Ты отвлечешься.

— Я не хочу отвлекаться. Я блядь не знаю очнется она или нет. Засыпаю каждый раз и боюсь утром встать, чтобы этот день не принёс новостей, от которых я сдохну. Поэтому пока она хотя бы как-то функционирует, пусть и с помощью аппаратов, я буду туда ездить, Макс.