Книга Ты - моя паранойя, страница 54 – Элла Савицкая

Даю ей возможность додумать самой, и судя по тому, как её рука замирает, догадывается она верно.

Поворачиваюсь передом.

— Это же очень больно, - шепчет, кремируя меня своими огромными глазами.

— Не больнее, чем некоторые другие вещи.

Моргает. Слегка растерянная, красивая до остановки сердца. Желание огромным комом изнутри разрывает. Смотря ей прямо в глаза, склоняюсь и веду своими губами по её. Не отходит. Запах, от которого у меня всегда земля из-под ног уходит, окутывает легкие.

— Я поцелую тебя, - скорее ставлю перед фактом, чем спрашиваю.

Сейчас мне адски хочется этого. Тара молча голову сильнее запрокидывает.

Зеленый свет, мать его.

Испытывая жесткий мандраж, прижимаюсь губами к ее и почти сразу проникаю в горячий рот языком. Тара тут же приподнимает свой язык и сталкивается с моим. Ох, млииин. Маленькая моя.

Целуемся жадно, с голодом, перетекая из нежных покусываний губ в хищные пожирания друг друга. Руки сами вжимают ее в меня, кружат по точеной спине, гладят, сминают ягодицы, заставляя Тару рвано выдыхать стоны, а меня дуреть еще сильнее. Знаете ощущение, когда воздуха не хватает? Хочешь вдохнуть, а не получается. Вот у меня так сейчас – нет его, воздуха этого. Она есть – ее дыхание, ошеломительный вкус. Заныриваю пятерней в мягкие волосы и за затылок держу, целуя.

Что же мы делаем? Какие нахрен друзья, когда обоих штырит, как от дешевого самогона? Дешевого, а оттого и сильного, ударяющего с первых секунд в мозг.

Поднимаю Тару за ягодицы и доношу до кровати. Становлюсь коленом на расстеленные простыни и роняю малышку, нависаю сверху.

Тара мотает головой, упираясь мне в грудь ладонями.

— Зак, мы друзья пока еще, - дышит часто, на губы мои смотрит, кадык.

Я сглатываю, он дергается, а ее взгляд вспыхивает.

— «Пока еще» это мне нравится. Значит, мы прогрессируем?

— Вероятно, да, - улыбается и, приподнявшись, целует меня в подбородок. - А теперь давай спать.

Чёрт. Член налился так сильно, что спать - это сейчас не про меня. Мышцы сводит от возбуждения, а вид ее в майке с оголенным животом не делает мою жизнь проще.

Чуть смещаюсь и наклоняюсь, чтобы поцеловать полоску кожи над шортами. Маленькая слегка выгибается. Зубы сводит от потребности вонзиться в ткань и стащить её вниз по ногам. Сожрать её хочу всю.

— Уверена? – исподлобья смотрю на Тару, она в ответ кивает.

Берет меня за плечи и тянет наверх.

— Да. Спокойной ночи, - сама красная, как гранат, губы пухлые, взгляд плывет, а мне в сторону дивана кивает. – Ложись.

Падаю рядом и, поправив в трусах член, закидываю руки под голову.

— Спокойной ночи!

На диване я спать не намерен, это уж точно.

Тара, поняв мои планы, приподнимается на локтях и заламывает бровь.

— Ты на диване спишь.

Мотаю головой.

— Там холодно.

— Лето на дворе, Зак.

— А мне холодно.

Скорее чувствую, чем вижу, как она щурится.

— Заааак.

— Таааара, - поворачиваюсь на бок и рукой ее под себя подгребаю так, чтобы ко мне лицом лежала. Веду пальцами по плечу, а большим трогаю торчащий сосок. – Почему друзья, Тар? Ведь очевидно, что мы оба дуреем. И сейчас всё нормально.

Тара опускает ресницы, пока я дальше трогаю ее пальцами. Опускаюсь к ребрам, голой полоске на животе, которую только что целовал, веду кончиками по кромке шорт. Так хочется под них, потрогать, как не так давно трогал. Чтобы кончила и прошептала «Зак». Надрывно, сладко. Приходится всех демонов на цепь посадить, потому что они рвутся на волю.