Книга Нарушая дистанцию, страница 19 – Элла Савицкая

А с ней у меня одним перепихом точно не закончится.

Слишком она меня зацепила. Прям пиздец как.

Утром думал, проснусь, потискаю ее еще немного, задам настрой на грядущий день, так сказать, но меня жестко обломали. Не рассчитал просто, что кто-то способен проснуться раньше меня. Обычно девушки как минимум часов до семи из кровати не вылезают.

Пришлось ехать сюда с мыслью пробить заразу по своим каналам, а тут очередной бонус.

Кто-то там сверху видимо решил наградить меня за почти прилежное поведение и заслуги перед отечеством и подкинуть пару тройку выигрышных фишек в рулетку моей жизни.

— Глаза сломаешь, Ник, — хохотнув, мимо стола проходит Димас.

— Иди уже, — усмехаюсь, допивая кофе.

Красавин с намёком поиграв бровями в сторону Волошиной, ретируется из кабинета.

— Ира, можно на «ты»? — обращается к ней Леваков.

— Конечно, — посылает ему сдержанную улыбку Волошина. — Не люблю официоз между коллегами.

— Я тоже, — поддакивает хамелеон, чьи требованиями называть его исключительно Родион Сергеевич мы полгода игнорировали.

Мы с Костяном переглядываемся. Зубов демонстративно подносит два пальца ко рту, делая вид, что его сейчас вывернет.

— Слыхал о громком деле в отделе, котором вы работали. — льет сахар Леваков. — Майор Попов потрудился на славу. Столько работы было проделано.

Улыбка с лица Иры стекает.

— Да. Так и было, — как-то нехотя соглашается.

— Ходят слухи, что этой ОПГ пять лет удавалось уходить из-под носа полиции. Должно быть твой коллега ночами не спал, чтобы раскрыть все их махинации и способы передвижения, а потом организовать настолько профессиональный перехват.

— На счет профессионального можно долго рассуждать. Левшина так поймать и не удалось.

— Зато удалось ликвидировать и посадить большую часть его группировки, — Леваков заходится в восторге, как будто сам руководил операцией, — изъять крупную партию оружия, перекрыть каналы. Мы тут все это дело изучили вдоль и поперёк. Ваш майор просто Боженька…

— Если хотите похвалить его лично, могу дать номер телефона. — резко перебивает его Ира, — Он будет рад услышать столько грубой лести.

Опа. Такого Леваков точно не ожидал.

Открыв рот, майор сначала бледнеет, а потом захлопнув его, багровеет.

Ручка в его руке жалобно скрипит.

Я не могу сдержать смешок.

Значит, зубы у неё показывать — это профессиональное.

Зачёт.

Уважаю, когда за лицемерной улыбкой не прячут реальные мысли. А ее видимо не хило достали с этими хвалебными одами бывшему сослуживцу.

— Руднев, тебе заняться нечем? — майор срывает злость на мне.

— Как же? — развожу руками, — Дописываю ваш доклад. Сами просили.

— Сюда дай, — вскочив из-за стола, отбирает у меня бумагу и громко хлопнув дверью, покидает кабинет.

Ира, стиснув зубы, смотрит ему в след.

— Не обращай внимания. Он у нас ранимый.

Взгляд строгих глаз летит в меня.

Я в очередной раз зависаю и рассматриваю её уже по-другому. От косметики не осталось и следа. Сочные губы от природы пухлые и ярко алые. Ресницы длинные и пушистые, лицо правильных очертаний. Красивая такая, что дыхалку спирает.

Сейчас она как ни на есть — представитель органов. Холодная и закрытая. Но в памяти-то она у меня другая. Голая, сладкая, горячая, и охренеть, какая чувственная.

Мммм.

Флешбеки нашей ночи транспортируют кровь прямиком в пах.