Книга Нарушая дистанцию, страница 66 – Элла Савицкая

— Разве тебе не пора? — встречаюсь с ним взглядом.

— С чего вдруг? — сощуривает один глаз.

— Я решила, что тебя моё предложение не устроило.

— Почему же? Вполне.

Мое сердце пропускает удар, а потом ускоряет бег.

— Что ж, прекрасно, — выдаю как можно холоднее. — Тогда докуривай и… завтра увидимся.

— Неа, — категорично выдаёт, опираясь на подоконник бедрами.

Вопросительно вскидываю бровь.

— Раз уж мы просто ебёмся, то будем делать это так, как я люблю. Ты же не думаешь, что мне достаточно один раз кончить?

— Выражайся не так похабно!

— Когда я вежлив тебе тоже не нравится.

Подносит сигарету к губам и делает еще одну затяжку, не отводя от меня сверкающих неприкрытыми эмоциями глаз.

Моё внимание привлекает белое пятно, что вальяжной походкой входит на кухню и направляется прямиком к Рудневу. Герда, которая никогда сама не подходила к Игорю, уже в который раз с урчанием трактора доверительно трется о ноги гаденыша.

Никита опускает на нее взгляд и усмехается.

— Твоей цаце я пришелся по душе.

— Удивительно, — бурчу, сама шокированная подобным поведением королевы.

Она даже, когда ко мне в гости приходили коллеги и друзья, так себя не вела. Всегда держалась в стороне от плебеев, посмевших нарушить ее личное пространство.

— Почему?

— Потому что она в принципе редко проявляет симпатию. Еще и так открыто.

Затушив сигарету, Никита наклоняется и берет Герду на руки. Уложив ее на одной, гладит довольную морду.

— Ты умная девочка, да? И красивая.

Мне кажется, даже ее перманентно недовольная моська приобретает мягкие черты. Подставляя себя под движения его руки, обычно холодная животина сейчас как будто становится пластилиновой и податливой.

— Красиииивая такая, — нахваливает её Никита.

Миниатюрная Герда смотрится очень умилительно на руках почти голого мужчины. Вообще картинка достойна того, чтобы ее запечатлеть. Подтянутый Никита, с выдающимися грудными мышцами и крепкими руками и пушистый комок, который он гладит аккуратно и нежно.

Не замечаю, как начинаю улыбаться.

Его взгляд тут же ловит это моё действие с поличным.

— Иди сюда, — произносит он мягко.

— Зачем?

— Просто так. Полюбуйся нами ближе.

— Я не любуюсь вами, — закатываю глаза.

— Любуешься.

— Ошибаешься.

— Ир… иди сюда, — повторяет уже с легким нажимом.

Чувствую, как вибрации в мужском голосе будто проходят сквозь меня, цепляя внутри что-то, что не должны цеплять.

Упрямо мотаю головой.

— Не хочу. Я все еще жду, когда ты докуришь и уйдешь. Я устала и хочу спать.

— Уже докурил. И спать ты не хочешь. Подойди ко мне.

— Приказы не отдавай.

— Я попросил дважды, ты проигнорировала.

Да черт бы его побрал. Не хочу я подходить.

— Я же заставлю, — произносит без угрозы, но уже чуть иным тоном.

— Интересно будет на это взглянуть.

Не проходит и секунды, как Никита вдруг разворачивается и выставляет из окна руку, на которой доверчиво улеглась Герда. Поняв, что её доверие предали, бедная издаёт дикий вопль, а меня подбрасывает на месте. Я подлетаю к этому кретину, который тут же затаскивает орущую королеву обратно, опускает ее на пол, и прижимает меня к себе.

— Ты ненормальный, — ору уже я, толкая его в грудь ладонями, — а если бы она упала?

— Не упала бы. Я даже не выставил ее дальше окна.

До меня вдруг доходит, что так и есть. Никита сделал шаг назад перед тем, как вытянуть руку, чтобы Герда даже если и соскочила, то приземлилась бы на подоконник, но из-за неожиданности я не заметила всех этих манипуляций.