Книга Нарушая дистанцию, страница 98 – Элла Савицкая

Спустя час после возвращения в участок приезжает и Никита.

Раздевается, садится за стол. Выглядит вымотанным и слегка на нервах.

— Как там дети? — спрашиваю, сама того не осознавая, запуская кофе-машину.

Заварив черный кофе, ставлю перед ним на стол.

— Спасибо, — делает он глоток и устало растирает лицо, — долго не могли успокоиться. Мудак нанёс им нехилую психологическую травму. Да и матери их тоже.

Это ожидаемо. Бедная женщина еще долго будет дергаться, вспоминая оружие около головы сына. Такое зрелище — явно не то, что должна видеть любящая мать.

— Слава Богу, у неё в соседках оказалась твоя сестра.

— Это да. Машка молодец, — в мужском голосе сквозит чисто братское тепло. — А где этот… Попов? — от тепла в секунду не остается и следа. — В поезде уже я надеюсь?

— Я была бы счастлива, если бы это было так.

Ответ на вопрос Никиты мы узнаем спустя двадцать минут.

Игорь входит в кабинет, а нас с Рудневым вызывают на ковёр к Терехову.

— Ну проходите, архаровцы, — полковник встречает нас, откинувшись на спинку кожаного кресла и постукивая ручкой по столу. Взгляд с неторопливым ожиданием перекатывается с Никиты на меня и обратно. — И что вы мне расскажите?

— А что рассказывать товарищ полковник? — уточняет Никита.

— Это вы мне скажите, — демонстративно склоняет голову на бок, считывая нас как открытые книги.

Я уже начинаю догадываться какого отчета от нас требуют, думаю Никита тоже.

— Не могу знать, — отвечает без доли сомнения Руднев.

— Ммм, — откатившись от стола, Иван Львович встаёт с кресла и отходит к окну. Сложив за спиной руки, смотрит на улицу. — Никаких интересных историй у вас в арсенале нет?

— Никак нет.

— Мхм, мхм… А я тут узнал, что вы в рабочее время без вызова ездите проблемы людей решать. Как Супермены прямо. Или как правильнее? Супермен и женщина кошка, да? — оборачивается, ловя нас обоих в фокус.

Я же вдавливаю пятки в пол, чтобы не сорваться с места прямо сейчас.

Игорь… доносчик хренов…

— Не понимаю о чём вы, — упрямо гнёт свою линию Никита.

Да и как не гнуть? В отчете же у патрульных уже написана «наша» версия.

— Какие вы у меня тугодумы, оказывается, — хмыкает Терехов. — Руднев, тебе сегодня сестра звонила?

— Так точно.

— Вызывала помочь соседям?

— Никак нет. У неё кран прорвало, она попросила заехать глянуть.

— И ты сразу же заехал?

— Конечно. Квартира съемная, не хватало соседей затопить, мы же не рассчитаемся.

— Ну да… а тут бац, и скандал в квартире рядом, да?

— Так точно. Мы с Машей услышали детский плач, крики, решили вмешаться. А там муд…чудило с травматом, детей чуть не покалечил. Пришлось действовать.

— Ух, как всё сложилось идеально, — полковник задорно взмахивает рукой. — И Волошиной там не было?

— Никак нет, — у Руднева даже голос не дрогнул.

— И вместо того, чтобы действовать по протоколу, вы с ней не импровизировали, подвергая опасности несовершеннолетних?

— Ира не могла импровизировать, потому что её там не было. А я — да. Время нельзя было терять.

Чёрт…

Дыхание у меня в горле встаёт комом.

— Капитан, — полковник устремляет в меня пристальный взгляд, — а ну ка скажи мне — ездила с Рудневым?

— Не ездила, товарищ полковник.

— О как. То есть, у меня информация искаженная, — Терехов подходит к нам вплотную, загораживая своей внушительной фигурой окно, — Руднев, ты же в курсе, что второй строгач это уже хреново, да? — елейно произносит.