Книга Измена. Тест на любовь, страница 11 – Оксана Сергеева

Сразу перебираемся в тесную ванную. Я снимаю с себя все, встаю под душ, ополаскиваю тело, потом уступаю место Мирону. Мы заваливаемся в кровать, прямо сверху на покрывало, голые, уставшие, опустошенные быстрой, горячей страстью.

Как я жила без него? Почему думала, что и дальше смогу?

Он вздыхает, руки расслабленно и вяло гладят меня по спине, по животу. Потом вдруг напрягаются, живо вцепляются в мои бедра – и вот я уже снова на нем.

— Я соскучилась, – шепчу, склонившись к его губам.

Наконец могу потрогать все его тело. Снова ощутить под ладонями гладкость кожи, упругие мышцы. Целую его в шею, глажу грудь, спускаюсь к животу. Он снова возбужден. Когда касаюсь члена, он вздыхает. Мирону не нужно меня ни о чем просить, я хочу ласкать его, доставить ему удовольствие. Его член идеален для меня. Я глажу его, с наслаждением ощущая твердость, толщину. Он горячий, снова каменный.

Спускаюсь ниже, беру в рот. Вбираю в себя глубоко, сосу. Свожу его с ума движениями языка.

Чувствую, как сама возбуждаюсь. Губы скользят по его плоти. Пальцы Мирона скользят по моей спине, по ягодице. Касаются промежности, раздвигает половые губы. он гладит меня и мучает, вводит в меня палец, двигается, и я схожу с ума.

— Подожди, детка… – останавливает меня, но не дает подняться.

Понимая его с полуслова, поворачиваюсь к нему задом, опираюсь на локти. Жду, пока он надевает презерватив. Закусываю губу, чтобы не закричать, и все равно кричу, стону, теряю рассудок и полное ощущение реальности, сливаясь с Мироном в бешеном ритме. Это то, что мне нужно. То, чего я хотела. Яростного секса, животной страсти. Без остатка. Без головы, без памяти.

Снова рассыпаюсь на молекулы, задыхаясь в немом крике.

Снова после душа лежим молчаливые и обессиленные.

— Останься со мной, – вдруг говорит Мирон.

Слыша эти глухие слова, перестаю дышать. Сердце подскакивает от восторга, а потом ухает в ледяную бездну.

— Я замуж выхожу, – говорю чуть не плача.

— Брось его.

— Не могу. Свадьба послезавтра… – отвечаю после долгого молчания.

— И ты выйдешь за него после всего?

— Я не могу все отменить.

— Ты можешь, – говорит Мирон, и в его тоне появляется жесткость. – Все ты прекрасно можешь. Со мной ты даже поговорить не удосужилась. Просто ушла.

— Ты тоже как-то не особо пытался что-то выяснить, – бросаю ответные обвинения. – Даже не искал меня.

— А зачем? – он поднимается одним резким движением. Садится на кровати и обхватывает руками колени. – По-моему, мы в тот день друг другу столько всего сказали, что на всю жизнь хватит. Я помню все твои слова о том, что я неудачник и ничего в жизни не добился. Что я еще мог тебе тогда сказать, чего ты не знала? Я любил тебя, готов был все для тебя сделать, но тебе этого было мало.

Я нервничаю. Рвусь, чтобы встать, но Мирон обхватывает меня за плечи, не позволяя уйти. Все внутри ноет от его объятий. От прикосновений таких жестких и умопомрачительно нежных одновременно.

— Подожди, – спокойнее говорит он. – Я не собирался ничего выяснять. Наоборот. Хочу, чтобы мы все забыли. Давай забудем. Мила, я прощу все. И то, что ты меня бросила, и весь тот бред, который ты наговорила мне перед уходом. Забуду, что за это время ты мне ни разу не позвонила. Только уходи от него. Давай начнем все с чистого листа. Ведь ничего не прошло, ничего не кончилось. Эта ночь тому доказательство… – продолжает убивать меня аргументами. Не только словами убеждая, но и поцелуями.