Книга Единица безумия, страница 23 – Оксана Сергеева

— Я не о том.

— А о чем?

— О том… – Она вдруг заметила, с каким интересом он на нее смотрит. Со странным, приводящим ее в глубокое смущение интересом. – Что не пойти ли тебе к черту.

— О-о, наша беспомощная мышка решила взять себя в руки и проявить характер?

— Можешь издеваться надо мной сколько угодно.

— Даже не думал.

— Мне все равно. Плевать, что ты обо мне думаешь и как ко мне относишься. Я не твоя рабыня.

— Я попросил…

— Ты не попросил, ты позвонил и наорал на меня.

— Хм. Извини.

— Извини? Мне не нужны твои извинения, просто оставь меня в покое!

— У тебя какие-то проблемы?

— С чего ты это взял?

— Ты какая-то нервная сегодня, – с издевательским спокойствием изрек Погодин. – В твоем тихом болотце произошли какие-то бурные перемены?

Женька сглотнула и попятилась к двери.

— Ты не любишь этого, да? Впадаешь в панику, когда разрушается привычная модель твоей жизни. Знаешь, поначалу я думал, что тебя смутит моя просьба. Заведение у меня весьма специфическое. Слава богу, ошибся.

— Никак не можешь успокоиться? Разозлился, что я тебе отказала?

— Отказала? В чем? Я ничего не предлагал. Зато тебя, как я погляжу, замучили сексуальные фантазии.

— В моих сексуальных фантазиях тебе нет места. Так и знай!

— Серьезно?

— Поверь, ты не в моем вкусе. Господи, почему я машину Коваля не поцарапала! – ляпнула Женька, окончательно разозлившись. – Я бы с удовольствием ему долг отработала! Даже в постели! Он как раз в моем вкусе! – Не без тайной радости она наблюдала, как меняется выражение лица Погодина: сходит с губ самодовольная улыбка, в глазах загорается злой огонь.

— Ты клиническая идиотка.

— А ты ублюдок. Самый ублюдочный ублюдок, какого мне довелось встречать. Ты постоянно говоришь мне какие-то гадости.

— Угу, правда не всегда приятна. Зачастую она бывает очень гадкой. – Погодин вдруг улыбнулся и, поднявшись с кресла, шагнул к ней. Взглянул на ее короткое платье. – Но ты все равно приехала. Могла послать Федю нахрен и забыть… но ты все равно сюда приехала.

— Только не приписывай это на свой счет, Андрюша.

— На чей же еще? – ухмыльнулся он.

— Приехала, ага. Чтобы послать нахрен тебя! Чтобы при этом смотреть тебе в лицо. И чтобы у тебя не возникло сомнений, что я говорю серьезно.

— На этот раз все серьезно, сам вижу. – Андрей шагнул еще ближе. – Столько агрессии. Это все сексуальное напряжение.

— Что?

— Ты его тоже чувствуешь? Дальше будет хуже, – продолжил он с оттенком удовлетворения в голосе. – Пока мы не переспим…

Прежде чем Погодин договорил, Женька выбежала из кабинета. Пронеслась мимо Маши, но притормозила и вернулась к стойке.

— Андрей сказал, что ваше заведение весьма специфическое. Что это значит?

— Это значит, что клиентура у нас преимущественно мужская. Люди здесь отдыхают, расслабляются, в этом нет ничего противозаконного. Мы делаем их счастливее.

— У вас что тут бордель?

Машка наморщила нос:

— О, я бы не стала называть это таким ужасным словом.

— Что тебя смущает? – прозвучал сзади голос Погодина. – С твоим опытом, ты тут будешь как рыба в воде.

— Может, ты и меня к кому-нибудь в постель уложишь?

— Массажный стол тебя не устроит?

Женя вспыхнула и выскочила на улицу. Злость гнала ее с удвоенной скоростью. Она обвела глазами парковку в поисках своей машины, но вспомнила, что приехала с Федором.