Онлайн книга «Палитра счастья»
|
А вот и долгожданные слёзы… И Эве тоже захотелось всплакнуть… Просто так… Просто пустить слезу… Она так и просилась, глядя на счастье и триумф женщины. Эва понимала, что вероятнее всего это очередной и далеко не последний гормональный приступ, но ничего не могла с собой поделать. Настроение поменялось. Напала полнейшая апатия сродни депрессии. Чувство абсолютной безнадёжности загрызло и всё то, что минуту назад доставляло удовольствие, стало противным, и показалось абсолютно бессмысленным. Даже собственная жизнь стала бессмысленной. Она подумала о своём месте в этом мире, о предназначении, но ничего путного не смогла придумать. Не смогла уговорить взять себя в руки. Так хотелось порыдать, а потом успокоится, чтобы всё снова стало легко и уютно. Но не могла. Слёзы стояли в глазах, просились, но выхода им не было. Как не было никого рядом, кому бы она могла пожаловаться на своё состояние и сказать, что потерялась в этой жизни. Это ужасное чувство никак не проходило. Весь мир показался идиотским, а она вечная мученица бесконечной тошнотой и рвотой, приступами усталости и сонливости. Дошло до того, что она начала искать ответ, зачем она вообще появилась на этом свете, на котором, видимо, ей нет места. Она старательно смотрела фильм в ожидании ещё более душещипательных моментов и когда, наконец, эта сцена наступила слёзы полились сплошным потоком. Они текли по щекам, не останавливаясь и Эва даже решила найти носовой платочек, а не размазывать их ладошками. Она нашарила платочек и теперь принялась размазывать слёзы непременно им. Нос у неё покраснел, а веки припухли, но она почувствовала себя легче и намного счастливее. «Наверное, это был хороший фильм», — подумала она и выключила телевизор. Отбросив пульт, она поднялась с дивана и с чувством выполненного долга направилась в ванную умываться. Заплаканное и покрасневшее лицо — это не такая уж большая жертва ради собственного спокойствия и благополучия. Эва открыла кран с холодной водой, но умываться не спешила. Заколола волосы и подождала, пока вода совсем не станет ледяной, потом ополоснула лицо, задержав холодные ладошки на щеках и глазах. После невыносимой ледяной воды мягкое тёплое полотенце показалось райским наслаждением. Она достала косметичку и уселась перед зеркалом на мягком пуфике. — Ну, а теперь, малыш, мы пойдём погуляем и мама покажет тебе кучу красивых и замечательных мест, — пробормотала она роясь в поисках туши, пудры и всего того, чем собиралась воспользоваться, дабы привести себя в надлежащий вид. И совсем не собиралась она ходить как пугало… И они гуляли… Много и долго… Эва поймала сама себя на том, что всё чаще у неё проскальзывает «мы». Это коротенькое слово сейчас значило для неё так много. Оно согревало, и не давало упасть в пропасть отчаяния и боязни. Становилось не так одиноко, когда она объединяла себя с малышом. Она начала задумываться о поле ребёнка. Хотя, в сущности, ей было совершенно всё равно, кто родится — мальчик или девочка. Альфи уехал, проведя с ней не так много времени, как хотелось бы. Несмотря на то, что он достал её своими нравоучениями, общение с ним влияло на неё очень благотворно. Она была спокойна, а он выслушивал её бредни и страхи, и поддерживал. Эва готова была поспорить и даже была абсолютно уверена, что многое из того, что он говорил, было полным бредом, и на самом деле он вряд ли имел представление о беременности женщин. Но говорил он так убедительно, что она ему верила, а волнения стихали сами собой. |