Книга Палитра счастья, страница 277 – Оксана Сергеева

— Почему? — вполне обоснованно поинтересовалась она.

— Не все, даже в нашем бизнесе, пользуются законными методами. Мне угрожали, а значит, и ты могла попасть под удар. Я просил тебя уехать, но ты не захотела.

— А ты мог мне нормально об этом сказать? Почему ты решил сам, как именно для меня будет лучше? — она разволновалась. Обернулась и посмотрела на него. Слегка развернулась в его объятьях.

— А ты бы уехала тогда? — спросил он, придав тону непринуждённость. Посмотрел в серые глаза. Отвёл от лица выбившийся из хвоста локон.

Она снова развернулась лицом к пруду. Думала. Думала и молчала. Представила эту ситуацию.

— Ответь честно. Ты бы уехала? — спросил он. Склонился к ней и прижался к щеке. Щёчки её были холодные. И нос тоже. Она совсем замёрзла.

— Нет. Не смогла бы, — после раздумий ответила она. — Я бы сошла с ума.

— Вот видишь. А я не мог рисковать тобой, — со вздохом сказал он.

И это было всё, что он собирался сказать ей. Пока всё. О смерти Изабеллы ей знать не нужно. А о себе… Ну о себе можно рассказать, когда раны совсем затянутся и примут «благоприятный» вид для её восприятия, а не то, что сейчас. Но они заживали. Всё заживало. Причём, очень хорошо. И очень хотелось побыстрее обрести свою прежнюю физическую форму.

— И всё равно. Это тебя нисколько не оправдывает, — упрямо сказала она. — И сейчас всё изменилось. Нельзя всё разрушить и потом ожидать, что всё будет по-прежнему. Нельзя, понимаешь. Я не знаю… Я запуталась… — он и не ждал, что она в ту же секунду простит его и кинется с любовью на шею. Но по крайней мере, она пошла на разговор. Ну а остальное… Для этого, действительно, нужно время.

— Успокойся. Я не буду давить на тебя. Не буду.

— С тобой сложно. Очень. Я сейчас иногда сама себя не понимаю, не то, что тебя. Не могу справиться, хотя стараюсь.

— Ну, доктор Роббинс мне всё в подробностях объяснила, так что я постараюсь понять тебя, если ты не сможешь, — он улыбнулся. — Ну а я… Ты ведь тоже можешь спросить меня…

— Ты не представляешь! Ты просто не можешь себе представить каково это, когда абсолютно не можешь собой владеть. Организм неуправляем. Я не хочу плакать, понимаешь, не хочу! Но слёзы льются сами собой. Я хочу веселиться, но настроения нет вообще, и ничто не может поднять его. Дурные мысли лезут в голову, хотя я прекрасно понимаю, что не права. И кажется, что весь мир против тебя. И я ничего не могу с этим поделать. Только подождать пока это пройдёт.

— Это малыш тобой распоряжается, как ему вздумается. Это всё сложно. И может было бы по-другому. Но у нас сложилось вот так, и ты должна понимать, что отступать поздно. И теперь мы должны думать не только о себе, но и он нём тоже, — он переместил руки ей на живот.

— Может о ней?

— Может и о ней. Кого ты хочешь?

— Девочку, — сразу сказала Эва.

— И я, — кивнул он.

— Девочку? — она удивилась. — Все папы хотят мальчиков.

— Нет, я хочу девочку, — он улыбнулся своим мыслям.

— Посмотрим, кто там завёлся, — она мечтательно расцвела в улыбке.

«Да. Определённо хорошо иметь богатого мужа. Ну, пока ещё не мужа. Но почти мужа», — думала Эва лёжа в огромной кровати в роскошной спальне номера. Провела пальчиками по шёлковой простыне красного цвета. Сладко вздохнула и закинула руки за голову. Повернула голову, бросив взгляд в окно, декорированное тяжёлыми золотистыми драпированными шторами.