Книга Последняя надежда, страница 76 – Нина Князькова

Да, Виталик действительно все для меня делал. Стал для меня всем, за последний месяц. Так почему я сопротивляюсь ему все время? Нет, понятно, что характер такой, противоречивый. И гордость, от которой уже ничего не осталось. И все же, где та причина, по которой я не могу довериться ему полностью? Еще несколько минут покопавшись в себе, поняла. Он не сказал мне ни разу, что любит. НИ РАЗУ. То есть, вот тебе под ноги весь мир, идем замуж, давай детей заведем, но ни слова о любви и чувствах. Что это?

С другой стороны, отец матери уже двадцать пять лет в уши льет прекрасные слова, но толку-то от них. Одно страдание, а не жизнь с таким мужиком. И все же хочется услышать…

До конца рабочего дня все прокручивала в голове эти мысли и решила, что соглашусь на все, что Догилев мне предлагает. Я никогда не думала, что в моей жизни появится он и перекрутит все с ног на голову. Я не рассчитывала на него в своей жизни, готовясь к комфортному одиночеству, когда буду по ночам завывать в холодную подушку. Но нет, жизнь распорядилась по-своему, подарив мне радость быть рядом с Виталиком, и даже если это скоро закончится, то я все равно буду гораздо счастливее, чем планировала до встречи с ним.

— Ты все? – Машка ждала меня за дверью.

— Да, последний урок был. Сейчас тетради у шестого класса заберу и можно домой. – Улыбнулась ей.

Я себя чувствовала неимоверно легко. Казалось, что самоанализ не прошел для меня даром и расставил все по своим местам. По крайней мере, теперь я знала, чего хочу, и примерно представляла, что буду делать.

— Что-то ты какая-то… спокойная слишком. – Прокомментировала Маша. – Алкоголь, наркотики, никотин?

— Работа, Маш. – Хмыкнула я. – Работа над собой.

— А я бы сейчас покурила. Но бросила уже пять лет как. – Печально оповестила она меня.

От школы до дома Догилевых было всего пять дворов, поэтому мы пошли пешком. Машины то все равно не было. Машка активно вертела головой и задавала кучу вопросов.

— А куда у вас снег увозят? Как никуда? А, вот в эти сугробы сгребают? А потом как? Весной тают сами? Так лужи же потом. А, вон в те канавы сбегают? Интересно-интересно. А почему эта бабулька на нас так странно смотрит? Ага. И вам здрасьте, Любовь Карповна. Меня Маша зовут. Догилева. А куда вы так быстро побежали? – И так далее.

На улице стемнело, и мы уже были в одном дворе от дома, когда позади нас послышались быстрые шаги. Я недоуменно оглянулась и застыла на месте. Нас быстро догоняли два страшных мужика. Бородатые, оборванные, злые, незнакомые. У одного в руках мелькнул топор.

Маша быстро закрыла меня собой и приняла воинственную позу.

— Ой, какие мальчики тут у вас ходят! – Заголосила она на всю деревню. – Прямо не знаю, как выбрать из такого разнообразия.

— Ты это… заткнись, курва. – Прохрипел один сиплым голосом. – Деньги гони. Вон, как одета хорошо, значит есть.

Я с ужасом вспомнила о том, что из ближайшей колонии сбежали два криминальных элемента. Огляделась. Как назло мы стояли далеко от ближайшего фонаря, и даже из окон домов нас вряд ли кто-то увидел бы. Кричать смысла нет, так как пока до нас спасители добегут, эти двое нас в щепки топориком порубят. А я еще от полена не отошла.

— Ну, че встала. Деньги давай, говорю. – Вновь просипел мужик.