Книга Верное средство, страница 41 – Нина Князькова

Уже вечером я сидела на кровати в своей комнате и строчила Аринке гневные сообщения по поводу поведения ее мужа (ябедничать он вздумал), когда коротко постучав в дверь, вошел Фома Измаилович.

— Что-то случилось? – Я тут же села ровнее и притянула одеяло, пожалев, что на мне лишь майка и шорты. Неприлично как-то это все.

— Да, случилось. Мне нужно намазать вашу ногу мазью и сменить повязку, – он показал мне стеклянную баночку.

— Я сама, – вдруг отчего-то покраснела.

— Вам будет неудобно, – покачал он головой и потребовал. – Давайте сюда свою ногу.

Пришлось достать ногу из-под одеяла и сделать вид, что конечность вообще не моя. Карапетов сел на кровать рядом со мной, и выверенными движениями принялся разматывать бинт. Кожи он касался крайне редко и по необходимости, так что я немного успокоилась. Но ровно до того момента, пока не увидела свою ногу.

— Ого, – я уставилась на покрывшуюся корочкой рану. Она выглядела так, словно ей уже несколько дней. Да и отека не было. – Ваши местные лекарства творят чудеса, – восхитилась.

— Поэтому к нам и едут лечиться, – Карапетов зачерпнул пальцами мазь и принялся осторожно наносить ее на кожу. У меня отчего-то мурашки побежали, но я их тщательно игнорировала. Тем более, что директор на меня никакого внимания не обращал. Он просто лечил и все. – Вот и все, – он затянул узелок на бинте и поднял взгляд. – Завтра сможете встать на ноги.

— Спасибо, – запоздало сказала я, когда он уже отошел к двери. – И спокойной ночи!

Карапетов повернулся, окинул меня каким-то обреченным взглядом и, кивнув, вышел за дверь. И что это было? Наверное, он решил, что я его еще одна полоумная воспитанница, которая ищет хороший способ убиться на ровном месте. Да, наверное, все так и есть.

Утром я проснулась в хорошем настроении. Нога не болела совсем. Умывшись, я сама спустилась вниз и нашла на кухне Тихомира, который разогревал оставшуюся после ужина шарлотку. Карапетова нигде видно не было.

— Доброе утро! – Радостно объявила и села за стол. – А кофе у вас нет? – Спросила, ни на что не надеясь.

— Есть, – удивился парень. – Только он невкусный и горький, – объявил он так, что стало ясно, пить он его крайне не рекомендует.

— Давай, – обрадовалась я еще больше.

Кофе оказался заварным. Но добавленное в чашку молоко сделало напиток не таким плохим, каким его расписывал подросток. Я с наслаждением вдохнула запах. Соскучилась я по нему.

— Чем сегодня будем заниматься? – Спросила, подтянув тарелку со сладким яблочным лакомством.

— Фома Измаилович уехал к Лохматову, сказал, чтобы мы до обеда его не ждали. Потом приедет нас проверять, – пожал плечами Тихомир.

— Тогда предлагаю обследовать пыльную половину особняка, – предложила.

— Но директор запретил там убираться, – нахмурился мальчишка.

Я поморщилась. Ну, до чего же он исполнительный, аж зубы сводит. Где эти авантюрные нотки, присущие каждому подростку?

— А мы и не будем убираться. Мы просто обследуем дом, – не сдалась я. – А вдруг мы там клад найдем?

— Зачем нам клад? – Не понял Тихомир.

Я возмущенно отставила в сторону чашку.

— Что значит, зачем? А вдруг там будут сокровища? А вдруг мы там… мумию найдем, или труп какой-нибудь? Или какое-то волшебное зеркало? Ты что, сказок не читал? – Озадаченно спросила я.