Книга Янтарные бусы, страница 121 – Алёна Берндт

— Виктории Андреевне выписано направление, не далее как вчера. Ей даны рекомендации, назначены препараты, что же мы еще можем сделать? – Конев развел руками. – Я и вам говорил, Галина Николаевна, свозите дочь в город, к узкому специалисту.

— Хорошо, я поняла. Думаю, что и вправду лучше показать ее в городе, – высокомерные нотки снова засквозили в голосе Смирновой. – Здесь и уровень не тот… и отношение.

— Вот и хорошо! – не обратив внимания на выпад Смирновой, ответил Конев. – Я надеюсь, вы довольны и конфликт исчерпан?

— До свидания! – не отвечая на вопрос, Галина Николаевна поднялась со стула и направилась к выходу, вслед за ней вышел и Конев.

Люба спохватилась, вынула из сумки злополучную коробочку и поспешила догнать уходившую Смирнову:

— Галина Николаевна, постойте! – она нагнала бывшую родственницу уже у самого выхода. – Вот, я хотела бы вам вернуть это. Мне оно не нужно, неприятно вспоминать все то, что было, глядя на это колечко. А вам, может быть, оно нужно, подарите кому-нибудь. У кого не будет с ним связано столько плохих воспоминаний!

Люба сунула коробочку в руку Галины Николаевны и, не ожидая ответа, пошла обратно в свой кабинет. Только и услышала, как вслед ей Смирнова прошипела:

— Стерва!

А на душе у Любы вдруг стало так легко, словно она избавилась еще от одного камня, висевшего у нее на плечах.

Вечером, разговорившись с Наташей о случившемся, Люба узнала, что Галина Николаевна, как и прежде, изводит заведующего своими жалобами на всех и вся, и вернувшаяся в отчий дом Вика в этом матери не уступает, а в чем-то даже ее уже и превзошла.

— Устроила тут такую истерику недавно, Вика эта, – рассказывала Любе Наташа, укоризненно качая головой. – Конев потом сказал нам, что это вообще уже какое-то психическое нарушение у человека. Так вот, говорят, что муж ее потому и сбежал к другой, что у Вики стало неладное с головой твориться. Говорят, что она его даже поколачивала, мужа своего.

— Да наплевать, пусть живут, как живется, – махнула рукой Люба. – Что о них и говорить, время только зря тратить! Такие люди, сами не живут спокойно, и другим от них ничего доброго не видно. Хорошо, что Олег уехал, может быть, хоть он сможет нормально пожить.

— Говорят, он к старшей сестре уехал, но я точно не знаю, так, разное болтают. Он приезжал не так давно на несколько дней, я его в магазине встретила.

Махнув рукой, Наташа поморщилась: говорить про это беспокойное семейство и ей не хотелось. Тем более с подругой, с которой они так редко видятся.

Вернувшись домой, в Богородское, Люба была встречена радостным Егоркой, довольным дедом Иваном и приехавшей из города Таисией Прохоровной, которая два дня назад сменила на этом «посту» Алевтину Михайловну.

— Любаша, у нас все хорошо! – отрапортовала Таисия Прохоровна. – Кушаем, ползаем, и вот еще один зубик прорезался!

Люба обняла домашних, подумав, как же она соскучилась! Сейчас в доме есть все, о чем Люба так долго мечтала и к чему стремилась.

Сергей вернулся домой через несколько дней, радостный, соскучившийся и с подарками. Любимый шоколад Таисии Прохоровны, любимые всеми апельсины и прочие столичные вкусности лежали на столе, домашние расспрашивали Сергея о Москве, а он сам, рассказав вкратце о поездке, объявил: