Книга Рубль-пять, страница 38 – Алёна Берндт

Наконец калитка отворилась и во двор вошла Елизавета Александровна. Увидев на скамейке рядом со свекровью Натку, она чуть не выронила из рук сумку.

— Здравствуйте, Елизавета Александровна! Я приехала узнать, все ли у вас в порядке. А то Андрея мы с сыном дома видим все реже, и выглядит он усталым… его здоровья жалко – разрывается между работой и двумя домами.

— Это ты правильно подметила, дорогая сношенька, – Елизавета поставила сумку на скамью и с ехидцей глянула на Наталью. – Что у тебя он редко появляется! Так потому ты и приковыляла сюда? А не пришло тебе на ум, что не нужна ты ему стала?! С самого начала ты ему была не пара, уж не знаю, чем его завлекла, ведьма! Видать, бабка твоя покойная ворожила, не иначе! По-другому он бы на тебя и не глянул!

Наталья спокойно смотрела на свекровь, ни один мускул на лице ее не дрогнул, таким же невозмутимым тоном ответила:

— Ворожила, конечно, а как же! И я бы вам не советовала ее имя нехорошими словами поминать – как бы и вам привет с того света от бабушки моей не прилетел! За своими словами следите, вам же во благо!

Елизавета как-то испуганно охнула и чуть было не шарахнулась назад от этой хромоногой женщины, с тайной усмешкой в синих глазах, внимательно смотрящей на нее.

— Я вас хочу спросить – сколько вам нужно еще денег, чтобы поправить дела по хозяйству? Которое, кстати сказать, стараниями моего мужа выглядит превосходно! Сколько вам нужно для того, чтобы вы хоть иногда давали ему отдохнуть и пожить своей жизнью? У вас вообще-то еще и старший сын есть, что же, младшего вам не жалко, пусть пашет, пока может?!

Елизавета открыла было рот, чтобы заорать во весь голос, прогнать эту наглую хромоножку со своего двора, но в этот момент калитка отворилась, удивленный Андрей смотрел на стоявших возле скамейки мать, бабушку и… Наталью!

— Наташа? Ты тут как оказалась? – лицо Андрея вдруг густо покраснело, он снял с плеча небрежно накинутый новый пиджак.

— Приехала поговорить, – спокойно ответила ему жена. – Сегодня вторник, и я помню – ты сказал, что сегодня решится вопрос с жильем. Дадут ли тебе здесь комнату, чтобы ты мог перевести сюда семью, и ты обещал приехать, сообщить мне результат. Не дождалась тебя, вот и приехала сама! Заодно и с мамой твоей поговорить – даст ли она тебе возможность жить со своей семьей, отпустит ли от себя уже наконец…

— Что?! Задумала на шее его выехать? – закричала вдруг Елизавета. – Да с деревни своей выбраться? Да кому ты тут нужна!

— То есть вам на его шее ездить – это ничего, нормально? – Наталья повернулась к свекрови.

— Мама! Бабушка! Пойдите пожалуйста в дом, дайте нам поговорить спокойно! – вдруг резким и холодным тоном произнес Андрей.

Серафима Федоровна хотела было открыть рот, чтобы ответить внуку, что указывать ей в доме ее сына он права не имеет, но наткнулась на колючий взгляд внука, так похожий на взгляд ее покойного Анатолия, и промолчала.

Елизавета же злобно глянула на Наталью, но благоразумно молчала. Кивнув старой своей свекровке, Елизавета взяла бабкину клюку, подхватила саму Серафиму под руку и увела ту в дом.

Наталья сидела на скамейке и то смотрела на зло оглядывающуюся на нее бабку Симу, то поглядывала на часы – до последнего автобуса в Семеновку оставалось всего сорок минут… А у нее там Алешка у соседки!