Книга Замерзшая душа, страница 83 – Алёна Берндт

— Прости меня, Варвара! Прости, дочка! Что поверил в наговоры, что позволил им такое совершить! – из глаз старика катились слёзы, – Прости, если можешь, иначе не будет мне покоя, ни в жизни, ни в смерти!

Варя, охнув, опустилась рядом с ним, обняла сгорбленные плечи, и не смогла выговорить ни слова.

За калиткой стояла небольшая дорожная сумка с вещами, Николай взял её и внёс во двор. Варя просила свёкра подняться, руки и ноги у неё самой тряслись от волнения. Чуть позже все снова сидели за столом в беседке. Сергей, прекрасно понимая, что Николаю и Варе нужно поговорить с Иваном Трифоновичем, умыл Алёшку сам и отправился с ним на луг – запускать змея.

— Я вещи собрал, из дома ушёл. Не могу их видеть никого. Юрке сказал, чтобы собирал семью и ехал жить в свою квартиру, дал неделю времени. Рая вопила, конечно, пришлось поучить и напомнить, кто в доме хозяин.

— Иван Трифонович, ну зачем же вы Юрку-то, мы ведь всё равно обратно не поедем жить, – тихо сказала Варя, – Правда, Коля?

— Нет конечно, не поедем. Пап, а ты сам куда собрался? Почему ты с вещами? – Николай кивнул на сумку.

— Да не могу я с ней…смотреть не могу! Она же такой концерт устраивает постоянно, то давление у нее двести на триста, то лежит стонет сердце болит! Не верю я ей! Мне чуть что, говорила всегда – таблеточку выпей, Ванечка, и на работу ступай. А сама каждый раз при смерти! Я знаю, Варюша, что вы обратно жить не поедете, а только Юрке наука будет! Квартира то его, что мы покупали на свадьбу им, тоже на нас с Раиской записана! Так вот, я сейчас чуть определюсь, и буду развод требовать. Поделю всё, что есть, ни ложки-вилки лишней не оставлю! А жить я к другу поеду, на дачу, у него пустая стоит.

— Зачем же это, оставайтесь у нас, – сказала Варя, покачав головой, не гнать же старика теперь скитаться по людям, – Правда, Коля?

Николай кивнул головой, и Варя поняла, что он всё же еще сердится на родителей за то, что приключилось с ней и Алёшей. Она и сама обомлела, когда увидела свёкра у ворот, но теперь, выслушав его, почувствовала жалость к старому человеку. Который работал всю жизнь, на благо своей семьи, растил детей, баловал подарками жену и сыновей, и уж никак не ожидал, что под старость лет не сможет без омерзения на них смотреть…

— Мы с Колей никуда вас не отпустим, – решительно сказала она, – Даже не собирайтесь. Останетесь у нас, места хватит всем. Скоро Алёшка в школу пойдёт, мы на работе, кто с ним заниматься будет? Так, я на работу пошла, а вы тут пока на хозяйстве все, понятно?

Иван Трифонович удивлённо посмотрел на сноху – тихая и скромная молодка, жившая в другой половине построенного им дома, вдруг превратилась в решительную молодую женщину. Ком в горле не дал ему выразить благодарность невестке и сыну, и даже вновь попросить у неё прощения он сейчас не смог.

Так и остался отец Николая жить в стареньком доме в Шабалино. Сначала всё никак не давало ему покоя огромное чувство вины перед сыном и его семьёй, но теплота, витавшая в стенах дома, Алёшка, ластившийся и соскучившийся по деду, растопили и этот лёд.

В четверг, в свой день рождения, Варя сидела в беседке, куда её практически силком выгнали домочадцы, готовившие праздничный стол во дворе. К ней вскоре присоединилась Лида, которую мужчины вежливо попросили не мешать, и пройти в беседку к имениннице.