Книга Замерзшая душа, страница 86 – Алёна Берндт

— Что, уже уехал? – удивился вышедший во двор Николай, – Даже не зашёл?

— А чего ему тут делать? – пожал плечами Иван Трифонович, – Его мать прислала, с приказом ехать мне домой. А что долго разговаривать, мой ответ один – нет.

Стройная женщина с короткой стрижкой стояла у плиты, ловко поворачивая блинчики на сковороде. Иногда она поглядывала в окно не идет ли дождь, потому что собиралась как раз выйти на прогулку. Но ходившие утром тучи уже разбежались, и московские улицы были залиты весенним солнечным светом.

Где-то в глубине большой квартиры послышалось недовольное мяуканье, какие-то звуки и шорохи. Выглянув в коридор, Варвара громко воскликнула:

— Семён! Сёмка, оставь кота в покое! Он уже пожилой человек, не любит твои сумасшедшие игры! Или ты у нас живодёром растёшь?

— Мама, ну ведь Барсик же не человек, а кот, – выглянул из комнаты шестилетний Семён, – И никакой он не пожилой – пожилые по шкафам не лазают! И я не живодёр! Я же его не мучаю, просто играю!

— От тебя он скоро не только на шкаф полезет! Отстань от кота, сказала! Он в твои войнушки играть не хочет. Иди кушать, сейчас поедем в магазин, нужно Алёше купить ватман, он просил.

— Мам, а мы когда поедем к деду в Шабалино? – спросил Сёмка, усаживаясь за стол и пододвигая поближе к себе вазочку с вареньем.

— Ты руки помыл? – строго спросила Варя сына, – А в Шабалино поедем, когда Алёша закончит учебный год, и когда папа вернётся.

— А когда папа вернётся? – поток вопросов не заканчивался.

Варвара вздохнула, она и сама соскучилась по мужу, который уже почти целый месяц находился в командировке, в Германии, по делам фирмы. Должен приехать послезавтра, но сейчас время тянулось просто невыносимо медленно.

— Скоро приедет. Давай, ешь.

В кухню, помахивая большим, похожим на отдельного кота хвостом, степенно вошёл Барсик. Снисходительно глянул на Семёна, запрыгнул на подоконник и мяукнул Варваре. Та отложила готовку, подошла к окну, погладила черную бархатную спинку и сказала:

— И тебя возьмем в Шабалино, а как же! Родина ведь!

Тем же субботним вечером, они уже втроём сидели возле стола за ужином. В высоком светловолосом парне было трудно узнать того самого Алёшку, который когда-то принёс домой котёнка тайком от матери, и пёк колхозную картошку на краю Шабалино. Он заканчивал девятый класс, предстояло еще два года учёбы в школе, а затем поступление в институт.

В этом году было уже семь лет, как они все переехали жить в Москву, только Иван Трифонович ехать с ними в столицу не захотел, попросил у Варвары разрешения остаться в её доме. Как ни уговаривали его Николай с женой, мужчина своего решения не поменял.

Проведя почти целый год в судебных тяжбах с Раисой Яковлевной, он добился-таки своего – всё имеющееся у них имущество было поделено пополам. И просторный городской дом на два крылечка с большим земельным участком, и кооперативную квартиру, которую покупали для Юры и Ирины, но Раиса Яковлевна, опасаясь их развода, оформила её на себя и мужа.

Ничего не пробрало тогда Ивана Трифоновича – ни приезды жены, пытавшейся через забор докричаться до него, потому что во двор войти ей было невозможно после того, как Николай вместе с отцом установили новый высокий забор у дома, с воротами и калиткой, запирающейся на замок. Ни визиты Юрия, в компании жены его, Ирины, которые пытались уговорить отца оставить им хотя бы квартиру. Разговор заканчивался быстро – Иван Трифонович говорил, что, проработав всю свою жизнь, он вполне имеет право на половину имущества. А если сыну и его дорогой половине что-то нужно, то пусть заработают это сами.