Книга Та, что тебя хранит, страница 11 – Алёна Берндт

Говорить им обоим не хотелось, и они молча сидели рядом, придвинув чурбаки поближе к огню. Ночь медленно наползала на реку, растягивая тень от высоких сосен на противоположном откосы берегу.

Васька украдкой смотрел, как меняет свет костра лицо жены, играя искрами в темных глазах.

— Пора спать, – Лерка обратила на него свой взор, и он поразился тому, что искры в её глазах никуда при этом не исчезли, а голос прозвучал гулко и низко.

Сон и тяжесть навалились ему на плечи, и Васька с трудом поднялся на ноги. Несколько шагов до палатки – и он уже спал, едва его голова коснулась походной надувной подушки…

Он проснулся посреди ночи от тихого шёпота, еле слышного серебряного голоса у самого своего уха.

— Вставай…. Пора пришла, проснись…

Васька поднял голову, решив, что голос послышался ему во сне. Но обнаружил, что жены рядом нет, и выбрался наружу из палатки.

Теплая летняя ночь звучала разными голосами, вода на дальних перекатах за поворотом реки была слышна сильнее, а лес напротив был тих и светел.

Всю округу залил серебряный свет огромной, висящей над самыми верхушками сосен, полной луны.

И тут Васька увидел её… Лерка стояла у самой кромки воды, подняв голову вверх и улыбаясь луне. Волосы её шевелил легкий ветерок, а её губы что-то шептали, весь облик её изменился почти до неузнаваемости.

— Лера… – Васька остановился в нескольких шагах от жены, отчего-то не решаясь подойти ближе.

Она повернула к нему лицо и, улыбаясь, произнесла незнакомым, серебристым голосом:

— Когда-то давно я дала обет – если мы с тобой проживем вместе двадцать пять лет, то ты узнаешь правду о том, кто я на самом деле.

Васька стоял и растерянно смотрел на жену, и все вокруг казалось ему… другим, необычным и каким-то неземным.

— А… к…кто ты на самом деле? – слегка заикаясь, тихо вымолвил он.

Он огляделся по сторонам. Луна была огромной и заливала всё своим жемчужным светом, вода в реке вдруг вся стала прозрачной и белой, на перекатах искрились серебристые брызги. В бору, на противоположном берегу, он увидел зеленоватые блуждающие огоньки, а песок на берегу вдруг заискрился желтыми, будто огненными искрами. Летняя ночь была волшебна и свежа.

— Садись, – прошептал ему в уши неизвестно откуда несущийся голос.

Васька поднял глаза на жену и не узнал её – пред ним стояла тонкая и почти прозрачная фигурка девушки в светлом серебристом платье. Темные волосы мягкими волнами опускались с плеч, на запястьях и щиколотках засверкали диковинные украшения из белого металла и светящихся в лунном свете камней.

Девушка повернула голову, улыбнулась растерянному Ваське, и повторила:

— Садись.

Она чуть приподняла руку, и перед Васькой прямо из песка поднялось сидение необычной округлой формы, на которое он послушно опустился.

— Мама! – звонко крикнула девушка, обратив свои, ставшие фиолетовыми, глаза, к луне и реке.

Со стороны бора, реки и клеверного луга Васька вдруг услышал смех и радостные возгласы:

— Ранежка! Ранежка пришла! Она вернулась, Ранежка вернулась!

Девушка на берегу, которая еще совсем недавно была его женой, протянула вверх ладони, будто ловя лунный свет, а изумленный Васька увидел, как прямо по водной глади с противоположного берега к ним скользят две девушки.

— Вайла! Ирбил! – та, кто была Леркой и кого сейчас назвали Ранежкой, обняла подбежавших к ней девушек, – Сестрички мои милые!