Книга Измена. Закрыть гештальт, страница 109 – Екатерина Рыжая

— Здравствуй, Женя. Знаю, что вряд ли ты хотела меня увидеть, но все же мне нужно было узнать, не придумала ли ты альтернативное желание? — Он продолжил наш разговор практически с того же места, на котором наша беседа прервалась.

— Появилось. — Я равнодушно посмотрела на него, а затем перевела взгляд на потолок. — Я хочу умереть. Вы можете купить для меня эвтаназию?

— Даже если бы мог, то не стал бы. Понимаю, что тебе тяжело, но ты здоровая девушка и сможешь забеременеть еще раз.

— Может быть и смогу, но не от того, от кого хотела бы ребенка.

— А вот это неправда. Я обдумал твое желание и готов уверенно сказать, что могу его исполнить. Если ты хочешь.

— Что? — Впервые за последние дни меня что-то искренне заинтересовало, и апатия ненадолго отпустила меня из своих когтей.

— Я могу сделать так, чтобы ты смогла забеременеть от Хаитова. Это будет не завтра и не через месяц. Мой план требует определенного времени и усилий с твоей стороны. А еще тебе нужно будет выйти за меня замуж. Не переживай, у меня нет к тебе сексуального интереса. Просто недоступная женщина будет более интересной добычей, чем свободная. Ярослав будет думать, что добивается тебя, а мы тем временем поймаем его в ловушку.

Ярый

Наши дни

Услышанная история никак не укладывается в моей голове. После того что пришлось пережить Жене ломаются даже мужики, а она девочка. Ее нужно любить, холить и лелеять. Если бы только я знал о ее беременности, то насильно притащил бы в Москву, и плевать, если бы пришлось для этого мою колючка связать. Но вышло так, как вышло. И через такое испытание моей девочке пришлось пройти одной.

У меня в глазах печет от слез, а грудь ходит ходуном в бесплодных попытках нормально узнать. А ведь я просто узнал, что умер мой нерожденный ребенок. Женя же носила его под сердцем, ждала его, пела ему песни.

— И что было дальше? — Мой голос срывается, но мне не стыдно. Слишком сильны эмоции, которые переполняют меня, чтобы обращать внимание на такую мелочь, как слезы. Тем более, что глаза Ланского тоже подозрительно блестят.

— Сначала реабилитация. Ее истерика, а затем и апатия существенно замедлила процесс выздоровления. В итоге, Женя провела в больнице около двух месяцев, восстанавливая силы. К тому времени, я успел поговорить со своими детьми и рассказать им о своей скорой свадьбе. У меня прекрасные дети, они заочно приняли свою будущую мачеху, даже не зная, что наш брак всего лишь фикция, а не метались в истерики, что им достанется меньший кусок наследства. Как только Женя выписалась мы сыграли небольшую свадьбу в тесном кругу. Сразу же лететь в Россию не было смысла, так как ей еще нужно было закончить курс терапии. Все же травмы были не самые простые.

— А с чего ты вообще решил, что твой план удастся? Очень сложно заставить мужчину трахнуть женщину, которую он не хочет. Я мог и не повестись на Женю.

— Ты думаешь? — Влад небрежно бросает на стол пачку цветных фотографий, с которых смотрят девушки всех цветов и размеров. Рыженькие, блондинки, русые, с длинными волосами и короткими, кареглазые и голубоглазые. — Это твои любовницы до твоего знакомства с Женей. Благо, что ты особо не скрывал свою личную жизнь. А это те, кто были после нее.

На стол приземляются уже совсем другие снимки. Если смотреть издалека, то можно подумать, что смотришь на одну и ту же девушку. Брюнетка, с длинными прямыми волосами, светлыми глазами и гибкой фигурой танцовщицы. Странно, что я сам за собой не заметил такой приверженности определенному типажу.