Книга Нарисуй мне лето, страница 46 – Asya Qui

— Ага, "Правда или ложь". Я говорю три факта о себе: два правдивых, один выдуманный. А ты угадываешь, где наврал. Потом твоя очередь.

— Давай! — восклицаю, чувствуя азарт.

Итен на мгновение задумывается, барабаня пальцами по рулю:

— Окей, я начну. Значит так, я умею жонглировать, у меня есть тату на спине, и я боюсь высоты.

Щурюсь, внимательно изучая его профиль, пытаясь уловить малейший намёк на обман.

— Хм… Думаю, ты соврал про тату.

Итен громко смеётся:

— Не — а! Татуха то как раз есть. Маленькая, на лопатке. А вот жонглировать не умею.

— Что, правда?! — у меня чуть челюсть не отвисает. — А что за тату?

— Это отдельная история, — он ухмыляется. — Как-нибудь расскажу. Твоя очередь.

Делаю глубокий вдох, собираясь с мыслями. Аромат кожи салона и его парфюма слегка дурманит.

— Ладно-о-о. Я пеку обалденные кексы, у меня аллергия на клубнику, и я никогда не была на море.

Итен хмурит лоб, обдумывая варианты:

— Хм… Спорим, ты соврала про кексы. Не верю, что ты хорошо готовишь.

Фыркаю и шутливо пихаю его в плечо:

— Эй! Я реально классный пекарь! Вру про аллергию. Обожаю клубнику.

— Стоп, — он разворачивается ко мне, вытаращив глаза. — Так ты реально никогда не была на море?

Киваю, к горлу подступает ком:

— Ага, как-то не срасталось.

— Надо исправлять, — в его голосе столько уверенности. — Обещаю, я тебя свожу. Ты должна увидеть закат на море, это что-то, с чем-то.

От его слов сердце готово выскочить из груди. Неужели он правда хочет показать мне море?

— Правда или ложь? — вдруг спрашивает Итен, бросая на меня быстрый взгляд.

— А? — выпадаю из раздумий.

— Правда или ложь: ты рада, что поехала со мной сегодня?

Смотрю на него, не веря ушам. Он что, серьёзно сомневается?

— Правда, — отвечаю твёрдо, глядя ему прямо в глаза. — Чистая правда.

— Я тоже рад, — говорит он, и от этих простых слов у меня всё переворачивается внутри.

Мы продолжаем играть, смеёмся до упаду и подкалываем друг друга. С каждым новым фактом я узнаю Итена чуть лучше. Узнаю, что он обожает пиццу с ананасами, что в детстве хотел стать космонавтом. А он узнает, что я боюсь темноты и люблю старые чёрно-белые фильмы.

Сижу на веранде и рисую, полностью погрузившись в процесс. Карандаш так и порхает по бумаге, создавая причудливые узоры. Настолько увлечена, что всё вокруг перестаёт существовать. Яркие солнечные лучи пробиваются сквозь листву деревьев, превращая лист в мозаику света и тени. Лёгкий ветерок играет с кронами, принося с собой ароматы хвои.

— Вот это да! Просто офигенно! — раздаётся за спиной.

От неожиданности подпрыгиваю. Итен! И когда только подкрался? Теперь стоит, смотрит на мой рисунок. У меня сердце заходится в бешеном ритме, в ушах шумит.

— Да ладно тебе, — бурчу, краснея до корней волос. — Ничего особенного.

— Ты что, серьёзно? — он недоверчиво качает головой, ероша свои волосы. — У тебя же реальный талант, Луиза. Как ты передаёшь атмосферу, все эти мелкие детали… Это же просто вау!

Я теряюсь от смущения. Обычно мои работы либо игнорируют, либо разносят в пух и прах. А тут такие восторги… Прям сюр какой-то. Судорожно комкаю край футболки, пытаясь унять дрожь в руках.

— Спасибо, — выдавливаю, уткнувшись в лист. — Просто вид удачный попался.

Итен плюхается рядом на ступеньки. От него пахнет лесом и цитрусами.