Книга Сними очки, ботаничка, страница 66 – Анастасия Боровик

— Да ладно, я — могила. Но Фомин — плохой вариант.

— Да он мне и не нравится больше… Но почему? — любопытно спросила я.

— Любовь прошла, завяли помидоры, — констатировала она. — Он слишком себя любит. Так-то он не плохой, с парнями вообще отличный друг, но мы же говорим по отношению к девочкам... Понимаешь, парни-друзья и парни с девчонками — это два разных человека. Видела бы ты, как они на свиданки собираются, — засмеялась Соня.

Я потянула за ниточку на своём рукаве, собираясь с духом.

— А Витя?

— Клюев?

— Да, — покраснела я, и Сонька улыбнулась с каким-то оскалом, но ничего не сказала. — Клюев хороший со всеми и для всех. Он по-настоящему закрытый, не знаешь, что там внутри.

— Откуда ты всё это понимаешь? — вырвалось у меня с лёгкой завистью. — Я вообще ничего не вижу, хотя прочитала столько статей по психологии! Хотя вроде немного начинаю разбираться, но всё равно...

— Да я просто с пацанами с детства, мне с ними проще, чем с девочками. У них всё чётко и ясно, покажи им гараж или мяч, и они тут как тут. Если девчонки тебя за спиной обсуждают, то пацаны сразу в морду бьют.

— Ты знаешь, я вообще решила, что буду как раньше, только учиться. Это проще. Не хочу думать, обманут меня или нет… — Я замолчала, глядя куда-то в сторону. — Лучше буду одна.

— Поддерживаю. Я тоже считаю, что нормального не найти. Хотя, если уж на то пошло, то лучше на ботанов смотреть. Но такого, чтобы он только наукой занимался и на других не смотрел, — захрипела Соня от смеха, и я дёрнулась.

— А тебе нравятся умные? — переспросила я её, пытаясь понять эту причудливую логику.

— Да. Но прикинь, я им не нравлюсь. Боятся, наверно.

— Это странно. Я совсем ничего не понимаю тогда.

— Да что понимать? Я просто хочу парня-каблука, чтобы что сказала, то и делал.

— С чего ты взяла, что ботаники такие? — не унималась я.

— Слушай, ну просто парни они при мне ведут себя, какие есть, и, честно говоря, зная их от и до, тяжело воспринимать их или влюбиться. Они могут тебе втирать что угодно, лишь бы своё получить. Я знаю все их фишки. А ботанику, ну такому настоящему, ему нужна его физика или биология, что он там будет любить… А я буду просто направлять его.

— Я в шоке. Ты такая же ненормальная, как и я.

От этих слов меня вдруг пробрал нервный, но искренний смех. Сонька подхватила его, и через секунду мы уже смеялись вместе — не потому что было смешно, а потому что иначе было просто невыносимо. Этот смех стал нашим общим щитом против всей той грязи, о которой мы только что говорили.

— Ну, Мира, не только у тебя розовые очки, у меня они тоже есть, поэтому, оставив ботаников для меня, — достала сигарету из пачки.

— А можно мне? — попросила я, глядя на белый тоненький цилиндр с внезапным любопытством.

— Куришь, что ли? — удивилась она.

— Нет, посмотреть хочу. Я ведь никогда сигарет вживую не видела.

Соня дала мне сигарету. Я понюхала её — пахло безобразно, едким и чужеродным запахом, аж в носу свербило. Интересно, я ещё не делала эксперименты с сигаретами… Может, можно её в какую-нибудь кислоту сунуть? И следующим движением я разломала её, изучая, как крошится табак.

— Ну ты чего? — рассердилась Сонька.

— Мне надо понять, из чего они сделаны, — возразила я, пока Сонька дышала на меня неприятным запахом.