Книга Сними очки, ботаничка, страница 85 – Анастасия Боровик

— Сама не знаю, как так вышло. Я ничего не делала, просто в один момент поняла, что есть только он… И я не хотела вставать между вами. Вдруг бы он тебе понравился…

— Да о чём ты? Клюев мне бы не понравился, но с него надо спросить за Стрельцова! — В голосе Кати слышится злость. — И если этот тип отказался от меня только потому, что кто-то ему «не разрешил», значит, ты была права. С таким товарищем нельзя идти в бой.

— А что Витя сказал тебе тогда?

— После твоего дня рождения он извинился. Сказал, что я нравлюсь ему как человек, — усмехается она. — Мило, да?

Мы действительно одна пара сапог.

— И я спросила, не из-за тебя ли это. Он сказал «возможно».

— «Возможно»? — восклицаю я, и воображение тут же рисует картину, как я колошмачу Витю учебником по химии. — Это что вообще значит?

— Мира, видела бы ты сейчас своё лицо! — Катя заливается смехом. — Я тогда ему сказала, что ты совсем не ревнивая. Ох, и ошиблась же я! — Она показывает язык. — Сама виновата! Я же хотела тебе всё рассказать, спросить, может, и у тебя симпатия появилась. А ты от меня шарахалась, как от прокажённой, все разговоры сводила на нет. Я уж думала, ты на учёбе снова зациклилась, потом с мамой проблемы… Но чтобы такое реалити-шоу развернулось — это даже в голове не укладывается.

— Кать, только не начинай…

— Я вот чего не пойму, — её голос внезапно теряет веселье, в нём проступает обида, — почему ты от меня скрывала? Я ведь тебе всё всегда рассказываю.

Меня сковывает тяжёлое, знакомое чувство вины. Как объяснить то, в чём сама не до конца разобралась?

— Не знаю… Прости, — выдыхаю я. — Наверное, привыкла держать всё в себе, думая, что никому не интересно, что творится у меня внутри. Я не хотела обманывать, я просто... Не думала, что важна для кого-то.

— А сейчас?

Я перевожу взгляд на Витю. Рядом с ним я стала увереннее в себе и впервые по-настоящему почувствовала себя нужной. И моя невидимая стена, за которой я пряталась, начала рушиться.

Клюев что-то спокойно, но настойчиво объясняет Мите, который явно злится, сжимает кулаки, но слушает. Почему это выглядит так серьёзно?

— Мира, ты опять витаешь в облаках? — Катя легонько толкает меня в бок.

— Да я... Просто... Интересно, о чём они говорят? — перескакиваю я с одной мысли на другую.

— О тебе, о ком же ещё, — фыркает она. — Мирка, кто бы мог подумать — два самых популярных парня в школе выясняют отношения из-за тебя. Ленка с ума бы сошла от зависти, вот бы увидеть это её лицо!

Наши взгляды встречаются, и мы одновременно издаём сдавленные смешки — такие же едкие и горьковатые, как и наше недавнее недоразумение. Между нами лопается невидимая плёнка напряжения, что разделяла нас последние месяцы.

Я точно знаю: она меня простила.

Витя возвращается к нам. Он выглядит уставшим. Берёт меня за руку — его ладонь тёплая и твёрдая. Митя идёт следом, смотрит на меня с тихой грустью, и я снова теряюсь. Что делать? Меня накрывает волна вины. Надеюсь, они не перестанут дружить?

— Катя, прости, — неожиданно говорит Фомин.

— Я? — удивляется та.

— Да, ты. Сказал лишнее.

— Ладно. Но у меня к тебе вопрос насчёт Стрельцова, — оживляется она.

Митя закатывает глаза. Витя подавленно кашляет и говорит мне:

— Пойдём.

— Куда?

— На Кудыкину гору, воровать помидоры, — фыркает недовольно.