Книга ( Бес ) Предел, страница 137 – Наталья Юнина

— Я сама, — уверенно произносит Олеся, когда я хочу помочь ей расстегнуть рубашку. — Сама, — кивает на свои же слова и прикусывает нижнюю губу, явно подавляя в себе улыбку.

Наконец справляется с пуговицами и стягивает с меня рубашку. Проводит ладонями по моей коже и начинает гладить мою грудь своими маленькими ладонями.

— Олесь, — перехватываю ее ладонь и мимолетно целую ее пальцы. — Не надо так делать.

— Почему? — растерянно произносит она. — Тебе не нравится?

— Очень нравится. Но не сейчас.

— А когда?

— Будешь гладить меня сколько душе угодно, через неделю, через две. Только не сейчас, — не даю ей ничего сказать, вновь накрываю ее губы своими и подхватываю на руки. В голове проносится дебильная мысль-хоть бы не уронить, руки до сих пор как будто не мои.

— А можно на мою кровать? — шепчет мне на ухо. А до моего сознания только сейчас доходит ее вопрос.

— Нет, нельзя. На моем постельном белье спал только я, — не знаю откуда у меня вдруг появляется уверенность в голосе. Может и неправильно спать с ней на моей кровати, когда некогда я был там с Мариной, но сейчас я отчетливо понимаю, что в очередной раз наступил на свои же грабли. В самый неподходящий момент Олесина кровать естественно сломается в том месте, где я специально ее не докрутил. И баста. Нет уж, моя кровать и точка. Я все равно уже сделал этот выбор, гореть, так до конца.

Быстро поднимаюсь по лестнице и заношу Олесю в свою спальню. Мгновение и я скидываю с нее бюстгальтер, оставляя в одних кружевных трусиках. Не даю ей опомниться и аккуратно укладываю на кровать. Провожу рукой по ее волосам, упираясь одной рукой в подушку. Веду кончиками пальцев по ее скулам, щекам, невесомо прикасаюсь к ее припухшим губам. Она глубоко дышит и пытается прикрыть грудь руками, но я не позволяю ей это, заводя руки за голову.

— Не время стесняться, — хрипло произношу я. — Расслабься, малыш.

Смотрю на ее грудь с розовыми сосками и сглатываю от предвкушения. Боже, я уже и не помню, когда в последний раз вот так наслаждался от простого созерцания полуобнаженного тела, не говоря уже о том, чтобы прикоснуться и сделать в ответ приятно. Кажется, это было сто лет назад. Наклоняюсь к ее шее, вожу губами по коже, целую, подбираясь к груди. Всасываю нежные розовые соски, ласкаю их языком, ощущая, как Олеся закидывает руки мне на шею и начинает вновь меня гладить. Сильно сжимает мои плечи, немного стонет, когда я прикусываю ее соски. Спускаюсь ниже, ведя языком по ее животу, подхватывая резинку ее трусиков и стягиваю их вниз. Вновь целую ее, лишая дыхания, вынуждая дышать только мной, а сам накрываю ее плоть. Олеся пытается сжать ноги, но потом расслабляется, позволяя мне ласкать ее. Слегка нажимаю на клитор и схожу с ума от ее стона, который она пытается в себе подавить. Вновь припадаю к ее губам, ловя ее стоны, одновременно лаская чувствительный бугорок, который начинает пульсировать. Ускоряю движения пальцев, интенсивнее растирая клитор, надавливаю на него и снова целую ее в губы, чувствуя, как она начинает кончать в моих руках.

Пока Олеся окончательно не пришла в себя, быстро скидываю с себя оставшуюся одежду, и подхватываю ее под ягодицы. Упираюсь в нее пульсирующим членом, но не вхожу. Меня трясет как мальчишку перед первым сексом, не хочу делать ей больно, но и остановиться уже точно не смогу. Стараюсь быть аккуратным, насколько это позволяет моя выдержка и вновь принимаюсь ласкать ее грудь, до тех пор, пока Олеся не начинает выгибаться подо мной. Целую ее и немного приподнимая, вхожу одним резким толчком, не разрывая поцелуй. Олеся вскрикивает мне в губы, зажмуривает глаза, сильно стискивая при этом мои плечи, и замирает, а я вместе с ней. Нестерпимо хочется двигаться, но каким-то чудом я сдерживаю себя.