Книга ( Бес ) Предел, страница 50 – Наталья Юнина

Зачем поднимаюсь в ее комнату, совершенно непонятно. Постучав несколько раз скорее для галочки, я как всегда захожу в комнату без пауз, положенных у нормальных людей. В комнате Олеси не оказалось и только лишь звук льющейся воды из ванной, дал понять, что она здесь. Присел на кресло и стал ее ждать, даже не знаю зачем. Дожидался казалось целую вечность. В конце концов надоело, и я стал бесцельно бродить по комнате. Наверное, во мне сидит что-то гадкое, что-то, что хочет найти что-нибудь порочащее Олесю, иначе я никак не могу объяснить то, что роюсь в чужих вещах. Лучше бы ничего не искал, блин. Когда в одном из ящиков я нашел гору шприцев, у меня как будто земля ушла из-под ног. Наркоманка?!

Кажется, в глазах сверкают молнии. О своих действиях я не задумываюсь, дергаю за ручку дверь ванны, но та закрыта. Барабаню, что есть сил, но в ответ мне полная тишина.

— Я занята! — наконец вскрикивает Олеся.

— Чем, радость моя?!

— Моюсь. Уйдите, пожалуйста. Я очень занята.

— Живо открой дверь!

— Нет!

— Я сказал открой дверь. Последний раз повторяю.

— Нет!

Ну, сука, убью. Не знаю откуда во мне берется столько сил, ибо дверь, как и ее замок, квалифицировались как прочные. Однако выбиваю я ее с легкостью. Скорее всего я ожидал увидеть Олесю со жгутом на руке и шприцем. Но точно не зареванную, с отечными веками, губами и распухшим носом. Я бы сказал, что передо мной местная алкашка с двадцатилетним стажем, которую еще и укусил рой пчел.

— Уйдите, пожалуйста! — прикрывает лицо руками и что-то продолжает бурчать под нос.

Подхожу к ней ближе, пытаясь разглядеть получше, чтобы убедиться в том, что мне не показалось. Только она еще больше закрывается руками и садится на пол.

— Уйдите! — истерически вопит Олеся.

Не обращая внимания на ее крики, кое-как отрываю руки от ее лица, и тихонько охреневаю. Это однозначно аллергия, причем такая, что некогда худая мордашка Олеси наливается на глазах. А лоб! Точнее волосистая часть головы красная как рак.

— Что случилось?!

— Ничего. Что-то съела не то. Сейчас пройдет, уйдите, пожалуйста.

И тут мой взгляд падает на раковину, на которой стоит пачка горчицы, а рядом с ней сахар.

— Это маска из горчицы, бестолочь ты такая?!

— Сам такой! Достал уже меня оскорблять! — не сдерживаясь кричит Олеся, отталкивая мою руку.

— Ну извините, пожалуйста, Олеся Игоревна. С такой мордой тебя вообще тяжело воспринимать серьезно. Живо переодевай халат и поехали в клинику, это не шутки, дура. У тебя полминуты, иначе так поедешь!

* * *

Не помню, когда последний раз был таким злым. Хуже всего, что эта бестолочь так и сидела бы в ванной до конца своих дней. Я даже забыл о предполагаемых наркотиках, вообще обо всем. Уже пару часов спустя, когда мы вернулись из клиники, я вспомнил об этом факте. Но теперь проверить что-либо здесь и сейчас мне будет сложно, потому что ей делали капельницу. Скажет, паршивка такая, что следы уколов именно от нее.

— Стой, — хватаю Олесю за руку и разворачиваю к себе.

— Отстаньте, а?! Ну что вы хотите услышать? Что я дура. Ну так да, дура, получившая сильнейшую аллергию от горчичной маски для волос. Что вы еще хотите? — размазывая очередную порцию слез на отечном лице, выдает на одном дыхании Олеся. — Нравится смотреть на мою опухшую морду? Давайте обсирайте меня дальше, только быстрее. У меня голова до сих пор горит так, что хочется всех расстрелять!