Книга Проиграем?, страница 83 – Наталья Юнина

— Ну так, как оно?

— Нормально оно.

— Просто нормально? А чего тогда им все занимаются?

— Тась, – тянусь к чашке с чаем и жадно отпиваю уже остывший напиток. – Подрастешь, поговорим. Рано с тобой еще такие вещи обсуждать.

— Ну, конечно. Кто-то в одиннадцать уже родил, а я все маленькая. Ладно, не хочешь – не говори. Так это что получается, ты теперь ноги каждый день бреешь?

— Не каждый, но, да, приходится, – улыбаясь, произношу я.

— А что он тебе подарил?

— Ничего. Он не знает о моем дне рождении.

— Как так? – удивленно восклицает она.

— Вот так.

— Ты что дурочка, что ли? Надо было ему сказать. Теперь даже цветочков не получишь.

— Мне кажется, даже если бы он знал, он бы мне их не подарил.

— Так он что, жмот?! Фу.

— Нет, точно не жмот, просто у него другое представление о… обо всем. Думаю, он подарил бы что-нибудь практичное, если бы знал. Да и какой подарок, если он мне комнату вчера так обустроил, что это сгодится на несколько подарков.

— Ясно. Ой, вспомни солнце, вот и лучик. Здрасте, – радостно произносит Тая, как только в сестринскую заходит Леша. Сердце пустилось в пляс, как только я увидела у двери Зорина. Половина первого, а он тут как тут.

— Привет, – спокойно произносит он, осматривая Таю, а потом резко переводит взгляд на меня. – Там бабку привезли, она на каталке около поста. Оформи ее в вип палату. И поаккуратнее с ней. Та еще стерва.

Сухо, лаконично и строго по делу. Со стороны точно никто не скажет, что нас что-то связывает. Полное равнодушие в мою сторону на людях. Правда, меня это не сильно трогает, иногда бывает накатывает, когда я вижу, что он мил с той же фармакологичкой, но это быстро проходит. Теперь я уже знаю, что он все замечает. И туфли мои, если еще не приметил, то обязательно это сделает и прическу тоже, да вообще все. Просто не скажет об этом.

Сейчас я понимаю, почему он не женился второй раз. Вряд ли какая-то нормальная женщина вытерпит его наигранное равнодушие. А то, что оно наигранно – это факт. Делает он это целенаправленно, чтобы казаться хуже. Самое интересное в том, что ему далеко не все равно. Дежурства у него нет. Но он пришел сюда в официальный выходной, зная, что у меня сегодня смена. Он пришел ради меня, просто никогда не признается в открытую. Пусть молчаливо, но это самый главный показатель его отношения ко мне. Да и чего уж греха таить, он умеет заботиться побольше других, просто без красивой при этом обертки.

— Ладно, Тась, мне пора работать. Завтра днем жду тебя у себя. И комнату обновленную покажу, и торт куплю. Как сядешь в автобус, позвони мне.

— И как приду домой тоже. Помню, помню.

***

— Видите, на этой баночке написана буква «у» – это утро, а здесь «в» – вечер. Вот эти таблетки надо принять утром, а эти вечером. Запомнили? – смотрю на полуглухую бабушку и понимаю, что ни черта она не поняла.

— Поставь пометку в истории – лекарства давать медперсоналу и не парься, – оборачиваюсь на голос Леши. – Пойдем, – берет меня за руку, что совершенно не характерно для него при людях. А, впрочем, медперсонала здесь по субботам особо и нет.

Через несколько секунд мы оказываемся в кабинете Зорина. И стоило только зайти внутрь и увидеть его взгляд, как я поняла, что он хочет сделать.

— Нет, – выставляю руку вперед, как только он подталкивает меня к столу.