Книга Удиви меня, страница 182 – Наталья Юнина

— Телефон опять забыла.

— Точно, — грустно усмехается, забирая его из моих рук, касаясь меня холодными кончиками пальцев. — Ну, пока.

— Пока.

— Может быть ты хоть что-нибудь скажешь, а не просто завалишься на диван? — зажмуриваю глаза от яркого света и пытаюсь сконцентрироваться на том, что говорит Дима.

— Я поживу у тебя пару дней, а потом уйду. Я с папой немного поссорилась и ушла из дома, вернее, он меня попросил. А сейчас и с Сережей. В смысле, тоже поссорилась. Вот. Ну и мама на меня обиделась. Точнее, на всех. Короче, отстань, Дим. Ты, кажется, куда-то собирался уходить, вот и иди, — резко открываю глаза. Что ж я такое хамло, да еще и не в своем доме? — Прости, просто у меня дурное настроение. Ну и что нарушила твои планы, тоже прости. Понимаю, что ты не сможешь привести никого на ночь, но это ненадолго. Лучше пожить у тебя, чем заявиться к Ане, где она мне не только проест мозг с воплем «что случилось», но и… там дети. Не смогу я с ними, они мешают. К Маше тоже не хотелось бы, у нее муж всегда… в трусах ходит. Неловко стеснять человека.

— Полина и неловко это что-то новенькое, — садясь рядом со мной, с усмешкой произносит Дима, приобнимая меня за плечо. Если еще несколько секунд назад я была в какой-то прострации, то сейчас даже проснулась. Дежавю. Кажется, Алмазов говорил точно так же и обнимает так же. Или так не говорил, а это мне только кажется? Смотрю на Диму и вижу Сережу. Нет, точнее, видеть, то не вижу, но ощущение, что передо мной сидит он — не проходит.

— Изыди.

— Ты кукушечкой ударилась?

— Нет. Это я не тебе. Дим, иди, пожалуйста, куда собирался. Я немного не в себе. Спать хочу, я очень мало спала.

— И все же, что случилось?

— Не знаю, — шумно выдыхаю. — Все в одночасье повернулось ко мне жопой. Ты не поймешь. Иди, пожалуйста.

— А кто поймет?

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Мама, наверное. Но я не буду ей звонить.

— Почему?

— Наверное, потому что это будет слишком эгоистично с моей стороны. «Мама, приедь ко мне, мне срочно нужно поплакаться, вот прям сил нет», так?

— Ну обычно у девочек так и есть, а что тут такого?

— Ты меня хорошо слышал? Я сказала, что она обиделась, фактически послав всех в задницу. А теперь она должна мчаться к двадцатиоднолетней кобыле, потому что ей вдруг плохо и на слезу пробило? Как ты себе это представляешь?

— Так и представляю: «Мам, прости, что обидела, мне плохо, приезжай к Диме в квартиру». Ну примерно так, только побольше чувств в голосе. Ой, ладно, кобылушка двадцатиоднолетняя, можно просто сказать: «Дима, пошел в жопу, у меня ПМС». Так будет эффективнее, — целует меня в щеку и, наконец-то, встает с дивана. — Покрывало, подушка на верхней полке в белом шкафу. Наглаженные наволочка и простыня — в нижней полке комода. Кровать, возможно, в естественных биологических жидкостях, так что спи на диване. К тому же, он твердый, все, как ты любишь.

— Спасибо за заботу, можно было и без подробностей про свои жидкости.

— Всегда, пожалуйста, Полечка. Еды в квартире нет, ты уж сама как-нибудь.

— Обязательно.

Не описать словами, какое я испытала облегчение, когда закрыла за Димой дверь. До дивана почему-то не дошла. Так и присела на грязный коврик, прислонившись спиной к двери. Зажмуриваю глаза, чтобы противные слезы не пошли в пляс, вот только оказалось — это совершенно невозможно контролировать. Самое отвратительное, что я не знаю почему они текут.