Книга Удиви меня, страница 92 – Наталья Юнина

Я не знаю на что я надеялась, когда входила в дом. Вот он тот самый случай, когда одно событие напрочь выбивает другое. Сейчас я не думаю о том, чем занималась несколько часов назад. Я смотрю на маму и хочу… упасть и притвориться мертвой. Я же сильная, умная и всегда знаю, что сказать. Какого лешего я сейчас стою как парализованная, уткнувшись взглядом в одну точку?!

— Это не то, что ты думаешь, — начинаю оправдываться, поправляя на себе дурацкое платье. — Мы вчера напились с Алисой, а потом по пьяни захотели стать… как инстаграмщицы.

— Это как?

— С утиными губами. Взяли вакуумную банку и начали присасывать и оттягивать губы. И вот что получилось, — улыбаюсь как дебилка, демонстрируя еще больше свои пельмени, и достаю из сумки вакуумную банку. — Не советую тебе так делать. Лучше иметь свои реальные губы.

— Ну да. Только банками пользовались?

— Нет. Еще пылесосом, — быстро добавляю, вспоминая, что не только на губах есть следы. — Ну говорю же — напились.

— А почему вы напились? — вполне серьезно спрашивает мама, подходя ко мне ближе. Тянет руку к моему лицу и поправляет волосы, слегка улыбаясь. Улыбка странная, не злая, я бы сказала грустная. Да и не похоже на то, что она схватит сейчас меня за волосы и начнет мотать за них из стороны в стороны за то, что истрепала ей нервы за свое отсутствие. А то, что истрепала — знаю.

— ПМС.

— Ясно. А пылесосом вы и по шее водили? Там что вы увеличивали?

— Да это мы дурачились, больше не буду пить. Не стоило и начинать.

— Тебя кто-то изнасиловал? — резко спрашивает она, смотря мне прямо в глаза.

— Что?! Нет, конечно, мама. Ты что?

— Поклянись Симбой.

— Клянусь. Если бы что-то такое случилось, то я была бы не здесь, а на освидетельствовании.

— Да, наверное, — небольшая пауза. — Знаешь, если бы не сообщение от… парня, хотя, мне кажется, все же от мужчины, я бы и знать не знала, что ты не спишь в своей комнате. Мне на удивление стало спокойно после той переписки, хотя сама по себе дикость, что ты где-то и с кем-то перебрала с алкоголем. Сейчас же, смотря на тебя, я уже ничего не понимаю, — нервно поправляет свои волосы. — И да, я звонила Алисе — она знать про тебя ничего не знает. Где и с кем ты была, Полина?

Все, не знаю, что сказать. Еще недавно я хотела похвастаться перед мамой этой самой нормальностью, возможно, и тыкнуть, что я уже не девственница. Поставить галочку, чтобы от меня все отстали и спокойно жить, чтобы и дальше никто не трогал. Сейчас же я даже не могу сказать, что мои губы — результат обычных поцелуев, а не каких-нибудь пьяных домогательств. Вообще ничего не могу сказать. Уж про то, что происходило помимо этих поцелуев и подавно.

— Ладно, больше не буду наступать на одни и те же грабли. И приставать к тебе тоже больше не буду. Каждый может напиться и совершать глупости. Ну а раз тебя никто не обижал, то все нормально. Это же главное. Твой папа не в курсе, где ты была, хотя и я не в курсе, — нервно усмехается. — Для него ты с раннего утра снова ездила на пляж с Алисой. И да, я сказала, что мы больше не в ссоре. И примерно с часа дня я его активно подпаиваю, специально позвала к нам Тихомировых. Они сейчас на заднем дворике едят уже вторую порцию шашлыка. Так что не бойся, папа твой ругать тебя не будет. Он сейчас безумно милый и добрый.