Книга Танк Таранович, или Влюблен на всю голову, страница 101 – Наталья Юнина

К счастью, голос разума не дремлет. Компромисс — наше все. Огород здесь за продажу моей дачи — очень даже неплохое решение, учитывая, что Петя ненавидит все, что связано с посадками.

— Ну чего ты молчишь?

— Дом им понравился, они его берут. Бумаги подпишешь и все норм.

— Ну… тогда хорошо. А люди нормальные?

— Отличные.

— Ясно.

— Блин, ну я так не играю. Хотел после свадьбы, но сейчас, наверное, лучше. В общем, все это время твою дачу я не продавал. Ну, то есть не искал клиентов. Ее просто чуть облагораживали, ну и снесли твои парники. Кусты смородины на месте, не боись, — тут же приподнимает руку в знак того, чтобы я молчала. — В общем, это теперь что-то типа отдыха от городской суеты. Будем приезжать иногда.

— Это неожиданно и очень приятно. Спасибо, — если бы не пакеты в руках Соболева, то, вероятнее всего, вместо поцелуя, я бы запрыгнула ему на руки.

— Я купил вкусняшки, — приподнимает пакет с бургерами. — Давай подкрепляться, — потирает руки в предвкушении. — И чипсы еще. Наши любимые, с беконом.

— Ну, блин, Петя, я так скоро в дверь не влезу, — для вида отнекиваюсь, сама же снимаю перчатки, предвкушая, как отправлю в рот эту вкуснятину. Пододвигаю Соболеву второй стул. — Садись, не возвышайся надо мной.

— Романтика… жрать бургеры с картохой в парнике.

— И не говори.

Не сказать, что мы каждый день себе такое позволяем, но раз в неделю объедаемся так, что еле дышим. Благо, есть собаки, с которыми нужно гулять, отсюда и возможность растрясти хоть что-то из съеденного.

— Не волнуйся, когда будешь не влезать в дверь, займемся йогой, как раз и чакры до конца раскроем. Ну или я расширю проходы.

— Прекрати, — усмехаясь, произношу я, отправляя бургер в рот.

— Чипсы?

— Ага. Только тихо открывай упаковку, собаки где-то ря…дом.

А счастье было так возможно, но судьба моего второго бургера решена двумя рыжими четвероногими.

* * *

С кухни доносится умопомрачительный запах бекона, от чего так и текут слюни. Обещание, данное себе ночью, не есть ничего вредного хотя бы за два дня до свадьбы уже летит к чертям собачьим. Ну, как можно не съесть жареный бекон, когда тебе его подает без пяти минут муж, да еще и на любимой тарелке?

— Доброе утро.

— Доброе. Одно или два яйца?

Блин! Ну, почему не омлет?! Самое идиотское, что уже не признаешься, что я терпеть не могу такие яйца. Ровно год прошел, как теперь об этом сказать, чтобы не думал, что я ку-ку? Мне что, теперь до конца жизни пихать в себя это?

— Вась?

— Одно. Спасибо, — сглатываю, смотря на желток в своей тарелке.

Сейчас меня стошнит прямо на стол. Самое дебильное, что незаметно выбросить желток не получится, Соболев, как специально, смотрит на меня.

— Ты чего?

— Да так, вспомнила, что у меня сегодня маникюр, лень ехать.

Отправляю в рот половину желтка и тут же закусываю двумя ломтиками бекона, дабы перебить этот отвратительный вкус. Увы, в этот раз мне не помогло. Не знаю, каким чудом я успела добежать до туалета. Все содержимое желудка донести до унитаза не удалось, но, по крайней мере, не на кухне вывернула и на том спасибо. Ощущение, что я извергла из себя все, что только можно, вплоть до внутренних органов.

— Вась?

— Все нормально.

— Я бы так не сказал, чуть на блевотине твоей не поскользнулся. Красивая полоска, кстати, как будто вкрапления желто-коричневого на девственно белом полу. Надо заказать такой пол. Шучу, шучу. Ты как?