Книга Эксперимент, страница 80 – Наталья Юнина

— Все очень даже терпимо, Слава. Можешь не сдерживаться, – шепчу ему в губы.

Долго Архангельский играть в неженку и не стал. Он продолжает двигаться во мне, погружаясь с каждым разом глубже. Постепенно болезненные ощущения стихают, я даже стала ловить себя на мысли, что меня возбуждает происходящее, но недостаточно для того, чтобы раствориться в новых ощущениях.

Наверное, я даже рада, что больше не приходится концентрироваться на ощущениях внизу живота. Сделав еще один толчок, Архангельский замирает и изливается в меня. Утыкается мне в шею и, кажется, что-то бормочет.

То ли я плаваю в своих мыслях, то ли действительно он что-то неразборчиво произнес.

Слишком многое сегодня произошло, но я снова ловлю себя на мысли, что, лежа на твердой поверхности и поглаживая плечи этого гада, смотрю в потолок и улыбаюсь как самый что ни на есть счастливый человек.

И только, когда Слава выходит из моего тела, я ловлю отходняк. Капец, я позволила лишить себя девственности на кухонном столе. И не только это позволила.

— Жалеешь? – до моего сознания доходит голос Славы. Пытаюсь приподняться на локтях, но выходит это с трудом.

— Нет. Просто вдруг осознала, что позволила тебе лишить себя девственности на кухонном столе. Я однозначно больная.

— Я забыл почитать инструкцию про девственниц, как там с вами надо обращаться. Это было недостаточно романтично, ща исправим.

Вот уж не ожидала, что голый Архангельский начнет собирать с пола оторванные лепестки роз.

— Дурак, – не могу сдержать смеха в ответ на то, как он меня ими осыпает. И только сейчас осознаю, что не просто не чувствовала неловкости от своей наготы, но и ни разу не подумала о своих шрамах.

— Кстати, стол крепкий. Его можем оставить.

— Конечно, как напоминание о твоей нежности, – улыбаясь, произношу я.

— Ты мне вообще-то кровь пустила не в одном месте, так что не заслужила больше нежности.

— Ты мне тоже, между прочим, пустил в одном месте, – парирую в ответ.

— Ты хер-то с пальцем не путай.

— Да спутаешь тут, – стыдливо отвожу взгляд от его паха.

— Я вообще-то не в этом смысле.

— Да пофиг, дай мне халат.

Собственная нагота даже сейчас не смущает, а вот то, что у меня капец как липко между ног – да. Видок еще тот, наверное.

— Спасибо, – еле слышно произношу я, пытаясь натянуть на себя халат. Да, блин, даже рубашку Архангельского расстегнула без проблем, а тут-то что с руками?!

— На хрена тебе халат, если ты сбегаешь в душ?

— Вот даже не знаю, как тактично тебе ответить.

— Тактичность – не твоя подружка. Ладно, поиграю в нежного дядьку, давай сам тебя отнесу, – я даже не успеваю ничего пискнуть в ответ. Архангельский, в буквальном смысле слова, сгребает меня со стола и, прижав к себе, несет в ванную.

— Ну, Слава, блин. Я не хочу мыться с тобой, – кажется, я реально начинаю паниковать, когда он ставит меня в душевую.

— Я не буду мыться с тобой, если скажешь мне что-нибудь хорошее.

— На самом деле, я надела ту убогую сорочку, чтобы у тебя ничего не встало. И трусы с изъяном, чтобы самой не захотелось зайти дальше, ну типа, чтобы сберечь свою болтающуюся не сопле честь. Но я не из тех замороченных, кто за нее держится. Просто… просто… блин, мне не нравится, как ты на меня влияешь. И да, мне хотелось тогда секса, и, если бы не те стремные на мне трусы, я бы точно продолжила еще на кровати. Но случилось все, как случилось. Мне даже хотелось позвать тебя обратно, когда переоделась в нормальное. Я думала, это ты вернулся, но пришел твой брат. И я честно не хотела его впускать, сама не поняла, как так все сложилось. Вот. Это не услада для твоих ушей, просто захотелось сказать. А, ну и еще, если тебе будет приятно – не так страшен член, как его малюют. В смысле первый секс. В смысле все вместе.