Книга Сердце мира, страница 162 – Рия Альв

Дойдя до круглого зала, я замедлился и подкрался к нему совсем тихо. Ученик Третьей, которому было приказано сделать из меня тень, нашелся там. Вид у него был совсем потерянный, а глаза будто опустели. Мне это не понравилось.

Я насадил записку на один из ножей, принесенных Агаси, быстро прицелился и метнул, попав точно в лоб тени. Эльф вздрогнул, испуганно огляделся, пытаясь понять, что же произошло, но я уже скрылся в темноте. Мне ведь нужно было только передать записку, хотя бы попытаться предостеречь их с сестрой от той судьбы, которая постигла нас с братом.

А после я двинулся к проходу, ведущему на верхние ярусы лабиринта. По дороге мне даже никто не встретился, но от этого я нервничал только больше. Слишком легко. Пустые коридоры, ни патрулей, ни случайных прохожих. Но мне казалось, что сама темнота наблюдает за мной глазами Третьей, что одна из ее теней прячется в моей тени.

Новая печать поддавалась куда тяжелее. Я провозился с ней не меньше часа и влил столько сил, что мне захотелось тут же упасть и проспать еще лет десять. Но было нельзя, и я заставил себя идти дальше.

«Здесь я вижу уже не так хорошо, – сказала моя соучастница непривычно взволнованным голосом, – придется тебе полагаться на свои эльфийские уши».

В моих эльфийских ушах тем временем стучало сердце и шумела кровь, и я точно не знал, от чего это – от волнения или от усталости. Но коридоры были все так же пусты и темны, словно вся секта разом вымерла. Я понимал, что лабиринты были огромны и простирались на десятки километров вдаль, а количество членов секты в сравнении с ними невелико, но меня не покидало ощущение, что я приближаюсь к западне. Мне казалось, кто-то ступает за мной след в след, я чувствовал взгляд на своей спине, но, когда оборачивался, не видел ничего, кроме темноты.

Я совсем забыл, что и у темноты бывают глаза.

Я прокрался по коридорам до комнаты, в которой был запечатан алый кристалл. Повторив путь, который в первый день пребывания здесь проделали мы с братом, ведомые Третьей, я замер около стены, в которой должен был вычертить дверь.

«Точно справишься?»

«А у меня есть вариант не справиться?»

«Только если ты хочешь стать тенью».

Я не хотел.

Приставив к стене нож, я попытался нащупать заклинание, чтобы зря не портить лезвие о шершавый камень. Но в тот момент, когда я сосредоточился на магии, тьма приблизилась вплотную. Ко мне потянулись руки, тьма стекала с них, скатывалась, как гладкая ткань. Одна рука легла на мою, сжимающую нож, а другая схватила за шею под подбородком – еще не боль, но обещание боли.

— А я все думал, куда ты идешь? Еще и крадешься, как вор, все время оглядываешься.

Сначала я почувствовал облегчение, услышав знакомый голос Агаси, но потом понял, что звучит он странно. Шипящий, холодный, обвивающийся вокруг шеи, как змея. Агаси, которого я знал, не говорил так. У него всегда были немного ленивые и вместе с тем задиристые интонации, но я не мог его с кем-то спутать.

Я дернулся, пытаясь высвободиться, но рука на шее сжалась лишь плотнее. Ногти впились в кожу, и мне стало трудно дышать.

«Отпусти!»

— Ну не дергайся, будь хоть раз послушным. – Он рывком развернул меня к себе, на мгновение выпустив. Я хотел оттолкнуть его, но рука Агаси тут же снова схватила меня за горло. – Неужели не рад меня видеть?