Книга Сердце мира, страница 224 – Рия Альв

— Дей понял и ничего никому не сказал? Он просто… ничего не сделал?

Ладно Нарро. У него есть оправдание. Он имел право заниматься отрицанием самой очевидной догадки по причине того, что, кажется, этим четырежды проклятым всеми богами человеком все-таки… бесконечно сильно дорожит. Если верить соответствующей литературе, это наделяло Нарро чем-то вроде избирательной умственной отсталости и слепоты.

Но у Дея какие оправдания? Он не мог быть так же предан Сивизу. Такой ужасный вкус здесь только у Нарро.

— Он называет это «отпустить ситуацию», – ответил Сивиз. – Он сказал, что я выгляжу как человек, который знает, что делает.

«Как человек, который знает, что делает?! – мысленно возмутился Нарро. – Да он выглядит как моркетская тварь, посмотри на него внимательнее!»

— О Эрна, – Нарро закрыл лицо руками, – за что ты свела их вместе в одном мире? За какие наши грехи?

— Прости, – Сивиз осторожно коснулся плеча Нарро, – это был лучший план.

Нарро понял, что не хочет и слова знать о худших.

— Просто помоги мне встать. Мне нужно найти кристалл с аурой Агаси, а потом пойти и воткнуть в Третью десяток ножей.

Кристалл Сивиз молча опустил Нарро на колени.

— Но ты никуда не пойдешь. Нужно сначала рану перетянуть, она до сих пор кровоточит.

— Плевать, – ответил Нарро. Хотя перед глазами плыло и темнело.

Судя по гадкому липкому теплу около раны, крови из нее и правда вытекло достаточно. Нарро сжал в ладони черный кристалл, почувствовав, как в кожу впиваются острые грани. Ему так хотелось пойти и лично вырезать из груди Третьей ее черное сердце, а потом для верности вскрыть его клинком. Но Нарро не мог даже встать на ноги. Жгучая, бессильная злость убивала его больше, чем кровопотеря.

Ему нужно было сделать хоть что-то. Хоть чем-то заглушить осознание того, что он не смог вернуть себе брата. Что никогда не сможет привести его домой.

Нарро попробовал подняться, но его качнуло в сторону. Сивиз поймал его. В этих руках, в руках человека, который убил его, словно врага, который любил его, как друга, было на удивление легко расслабиться. Позволить боли полностью захлестнуть себя.

Он уронил голову Сивизу на плечо, пряча лицо в изгибе его шеи. По щекам беззвучно катились бессильные, злые слезы.

— Я должен был сделать больше, – выдохнул Нарро.

— Нет, – Сивиз прижался к его виску, – ты сделал больше, чем должен был.

* * *

Запах корабельного трюма невозможно было с чем-то спутать, но сейчас к нему примешивались другие, не менее знакомо-гадкие – жженые травы и кровь. Все это вместе – тяжелый запах, гнилой, удушливый, сладковато-горький, оседающий на языке горечью и солью.

Тьма вокруг качнулась, как морская вода. Полилась с потолка, вязкая, густая.

«Это она из моей головы вытянула», – подумал Анс за мгновение до того, как распахнутая под ногами пасть перекусила его тело напополам.

В его кошмарах это случалось постоянно. Раз за разом. Тело матери падало ему под ноги с порезанным тонкой нитью горлом. Кровь лилась и лилась, собираясь в огромную черную лужу. А потом прямо под ногами раскрывалась пасть. Анс знал последовательность наизусть, но даже не думал сопротивляться. Ведь повторяющиеся кошмары – это не так уж плохо. В какой-то момент ты уже почти готов к ним. В какой-то момент они становятся почти комфортными.