Книга Следователь по особо важным… телам. 18+, страница 18 – Игорь Некрасов

Я замер на пороге.

Было ясно: в комнате что-то произошло. Что-то резкое и внезапное.

Драка? Эмоциональная ссора? Или просто неловкое падение?

Кира остановилась рядом со мной и присвистнула — тихо, почти беззвучно. Я покосился на неё. Она уже не смотрела на меня — её взгляд сканировал комнату: осколки, расположение мебели, положение упавших предметов.

Я перевёл взгляд на Евгения.

Он стоял у двери, опустив руки, и смотрел на этот разгром с каким-то странным выражением. Не испуганным. Не удивлённым. Скорее… усталым.

— Это вы обнаружили сегодня утром? — спросил я ровно.

Он кивнул и затем ответил:

— Да, когда зашёл искать её телефон.

Я снова посмотрел на разбитый столик, на рассыпанные бумаги, на опрокинутый ноутбук.

— И вы ничего здесь не трогали?

— Нет, — ответил он. — Только телефон взял. Он там лежал, на столе.

Он кивнул в сторону рабочего стола, и я медленно вошёл в комнату, стараясь не наступать на осколки. Кира осталась у порога, но я чувствовал её взгляд — она ждала моей реакции.

Сделав пару шагов, я остановился у разбитого столика и оглядел комнату ещё раз.

Медленно. Внимательно.

Кабинет психолога. Книги за спиной. Камера. Диван для консультаций. И… следы борьбы.

— Евгений, — сказал я, не оборачиваясь. — А почему вы нам сразу не показали это место?

Он молчал.

Я обернулся и посмотрел на него. Он стоял всё там же, у двери. Лицо спокойное, руки вдоль тела. Но в глазах — что-то дрогнуло.

— Я хотел вам сразу показать, — сказал он тихо. — Но вы начали задавать вопросы, и я решил… что покажу после…

Я выдохнул и снова обвёл взглядом комнату. Осколки стекла на ковре. Опрокинутый ноутбук. Сдёрнутые провода. Рамка с треснувшим стеклом.

Всё это складывалось в картину, которая мне категорически не нравилась.

— Так-так, это всё меняет, — сказал я вслух, и голос прозвучал жёстче, чем хотелось.

Давно жду…

Я снова прокрутил в голове его первую фразу там, у ворот. Не «здравствуйте», не «помогите». А «давно жду». И вот теперь — разбитый столик, опрокинутый ноутбук, рамка с треснувшим стеклом. Ждал. Знал, что показывать. Или знал, что мы найдём. Что-то в этом уравнении не сходилось.

Я покосился на Евгения и спросил:

— Этого всего же не было, когда вы вчера вернулись?

Евгений пожал плечами, и это его движение вышло каким-то беззащитным, почти детским.

— Нет. Я же говорил — пришёл, поел, умылся и лёг спать. Сюда не заходил.

Я переглянулся с Кирой. Она стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на разгром с тем самым выражением, которое я хорошо знал. Хищным. Цепким. Охотничьим.

— Ну, надо вызывать криминалистов, — сказал я, глядя прямо на неё. — Тут явно вспышка криминальной активности. Возможно, похищение.

Кира кивнула коротко, по-деловому, без лишних слов, затем перевела взгляд на Евгения и спросила:

— Вы точно ничего здесь не трогали?

— Нн-ет, — ответил он, и голос прозвучал ровно, но в нём появилась новая нотка. Тревога. Только сейчас, кажется, до него начало доходить. — А это… это всё серьёзно, да?

Я посмотрел на него и твердо произнес:

— Конечно, серьёзно, у вас в доме следы борьбы, и жена пропала. Это уже не шутки, Евгений.

Он молча кивнул и отступил на шаг назад, прислонившись плечом к дверному косяку. Руки сами собой скрестились на груди — защитный жест. Теперь он выглядел иначе. Растерянным. Как будто только сейчас осознал, что произошло.