Книга Контрольный выстрел, страница 5 – Ю Несбе

Мужчина не ответил, только едва улыбнулся. Он был доволен тем, что видел в видоискателе. Тем, что она ему давала.

Фелисия дёргала головой вправо, влево, назад, вперёд и непрерывно кричала. Но дрель и телефон были слишком прочно закреплены на маске. Сверло коснулось нижней губы.

Она перестала кричать и стиснула зубы.

Неправда, будто она хотела, чтобы эта жизнь поскорее закончилась, только потому, что год выдался паршивым.

Ей нужны были ещё годы. Ещё паршивые годы.

Она хотела увидеть ракеты, чёрт возьми. Но вращающийся кончик уже давил на эмаль, вибрация отдавалась в черепе, запах палёной кости ударил в нос.

Она знала, что потеряла последнее, что у неё оставалось, — улыбку кинозвезды, — и что скоро сверло доберётся до нервов.

На экране телефона она видела, как катятся её слёзы, прокладывая дорожки в пудре поверх морщин.

У съёмочных групп в павильонах Пайнвуда было особое выражение.

Так называли самый последний дубль в последний день работы актёра на съёмках, после которого тот получал обязательные аплодисменты команды, собирался и уезжал домой.

Они называли его «контрольным выстрелом».

Олег Фёуке остановился за спиной криминалиста в белом комбинезоне и посмотрел на лежащего на полу мертвеца.

— Ну? — спросил Олег.

— Новый год начался рано, если можно так выразиться, — ответил Роар Мидтстуэн, не поднимая головы.

Олег кивнул. Было шесть утра. Он услышал негромкое «пуф!» и посмотрел в окно. Одинокая ракета, безнадёжно опоздавшая к празднику, только что взорвалась над холмом Экеберг. Сверкающие угольки опускались к тёмным домам, где спали люди. Когда рассветёт, они встанут, чтобы послушать новогодний концерт Венского филармонического оркестра в Музикферайне и посмотреть прыжки с трамплина в Гармиш-Партенкирхене, куда после квалификации прошли всего трое норвежцев. Именно так собирались провести утро и Олег с Хельгой, уложив детей, которым впервые разрешили не спать до полуночи.

— Так ты весь в отчима, — сказал Мидтстуэн и сфотографировал тело.

— В каком смысле?

— Сразу рвёшься на место преступления.

Олег пожал плечами. Отдел убийств работал не совсем так, как показывают в кино. Например, оперативники не врывались на место преступления сразу после сигнала об убийстве. Иногда они вообще туда не приезжали и довольствовались фотографиями и схемами. Но только не Харри. Как он объяснял Олегу, ему нужно было видеть место своими глазами. Чувствовать запахи. Слушать. Улавливать атмосферу, которая порой словно проступала из стен.

Получив должность следователя, Олег приготовился к сравнениям с отчимом. Харри всё-таки был легендой. И, пожалуй, ещё призраком. Но Олег явился сюда не ради того, чтобы ему соответствовать. Он просто не видел причин не проверить методы, доказавшие свою эффективность.

Олег огляделся. Принюхался. Прислушался. Закрыл глаза и попытался почувствовать. Но мысли сами собой устремились к другому — туда, куда он не хотел. Олег мысленно выругался, открыл глаза и постарался сосредоточиться.

Кроме двери, которую явно взломали ломиком или чем-то похожим, не было никаких следов борьбы или попытки бегства. Мужчина лежал на толстом ковре между письменным столом и книжным шкафом. Ковёр впитал большую часть крови из пулевых ран: одна — во лбу, другая — в груди. Пиджак висел на спинке стула за письменным столом. Казалось, убийца постарался оставить после себя как можно больше чистоты и порядка.