Книга Русские поэты. Предсказанный уход, страница 92 – Олег Шаповалов

1. В тот час зелено-бледный горбач, отправляясь в больницу, завязал свою щеку: у него болели зубы.

2. Он плохо завязался. Над головой его торчали два ушка.

3. И еще раз кто-то знающий сказал равнодушно: «Свинарня», а петух на мощеном дворике схватил за гребень своего противника.

4. Тут все съехало с места, все сорвалось, и осталось… бездонное».

Строфы пронумерованы. Зачем? Бугаев не только поэт, он еще и математик по университетскому образованию и желает во всем видеть математический порядок.

Понравилось произведение? Читающей публике начала ХХ века очень понравилось, она сразу распробовала «Симфонию» и с нетерпением ждала появления новых.

Всего Белый породил на свет четыре «Симфонии». Кроме 2-й драматической из печати выйдут «Северная симфония (1-я, героическая)» (М., 1904) – решился все-таки отдать ее в печать; «Возврат. III симфония» (М.: Гриф,1905); «Кубок метелей. Четвертая симфония» (М., 1908).

В этих произведениях чувствуется влияние христианской философии Владимира Соловьева, отголоски сочинений философов Артура Шопенгауэра, Фридриха Ницше, Иммануила Канта. Общий окрас ритмизованной прозы Белого – мистический, доходящий до апокалиптических мотивов.

Да, Белый был здесь первопроходцем. Но стоит заметить некоторое сходство его «симфоний» с таким жанром, как верлибр. Этот так называемый свободный стих, прежде всего свободный от рифмометрических правил стихосложения, пришел в русскую поэзию в начале ХХ века из западноевропейской, англоязычной поэзии. Поэтов привлекала тут как бы естественная свобода и раскрепощенность слога, возможность полнее довести до читателя свои мысли, свое мировосприятие.

Несколько верлибров создал «младосимволист», сверстник Белого (оба рождены в 1880 году), некоторое время его соратник и товарищ Александр Блок. Вот один из верлибров Блока, написанный в октябре 1906 года:

* * *

Некоторая схожесть ритмизованной прозы Белого с верлибром Блока, согласитесь, есть.

Произведения современных сочинителей верлибров зачастую вызывают недоумение. Имеют ли они вообще какое-то отношение к поэзии? Текст произвольно разбит на короткие строки, предложения никак не выделяются, знаки препинания вообще отсутствуют. Какой-то поток сознания, если не сказать больше – словесный понос. Верлибристы полагают, что достигли наконец-то наивысшей степени свободы. Свобода от знаков препинания – в этом и заключается свобода самовыражения?

Сильно не люблю нынешние верлибры и удивляюсь, почему они берут призы на поэтических конкурсах, печатаются в толстых журналах, культивируются в московском Литинституте. Думаю, через какое-то время эта непоэзия, похожая в лучшем случае на текст раскадровки для кинооператора, из моды выйдет и исчезнет с глаз долой.

Когда Борис Бугаев осенью 1901 года отдает свою 2-ю «Симфонию» на читку Михаилу Соловьеву и «старосимволисту» Валерию Брюсову, чей авторитет непререкаем в обоих поэтических столицах, те приходят к единодушному мнению: талант Бориса достаточно развился, чтобы юному дарованию войти в мир большой литературы, и решают помочь с публикацией. Сразу же определились, где будет выпущена книга – в московском издательстве «Скорпион». Но под какой фамилией? Бугаев? Большего несоответствия облика голубоглазого, субтильного телосложения молодого красавчика, всего такого поэта на Парнасе его фамилии старшие товарищи и представить не могут (бугаями называли породистых быков-производителей, а также больших и мускулистых мужиков). Бугаев предлагает: давайте я стану печататься как «Борис Буревой». Старшие товарищи только усмехнулись: поскольку твое произведение претендует на скандалезность, читающая публика немедленного переиначит фамилию Буревой в «Бори вой». Вот, мол, явился еще один воющий поэт.