Книга Рубашка, страница 36 – Николай Куценко

— Билли, это Джон. Ты помнишь, где мы в прошлый раз отмечали мой день рождения? Так вот! Вечером я буду там с моим новым компаньоном из России. Хочу, чтобы и ты подъехал.

В трубке раздался хриплый голос пожилого человека. Джон напряженно слушал, иногда вставляя какие-то короткие фразы. Затем он вновь продолжил:

— Билли, я хочу тебя попросить все-таки быть там. Это необычный парень, как мы с тобой в молодости. Понимаешь, ему не все равно! Он нам нужен! Для нашего основного дела. Если он возьмется, все выгорит. Иначе мы просто не потянем.

— Хорошо, Джон, я буду, – ответил Билли и закашлялся. – Надеюсь у тебя есть весомые основания, чтобы меня вот так дергать.

— Есть, Билли, ты меня знаешь, я просто так не стал бы тебя тревожить. Как твое здоровье? Что говорят врачи?

— Еще пару лет протяну, видимо. И это в лучшем случае…

Билли опять протяжно закашлял.

— Я что-нибудь могу сделать?

— Нет, четвертая стадия рака, Джон. Все уже бессильны. Но если ты нашел для нас хорошего управляющего, то это и будет твоей помощью. Моей семье надо сохранить состояние.

— Да, Билли, я об этом. Мне тоже уже пора выходить из бизнеса. Хочу хоть немного пожить для себя. А то так и сдохну на буровых.

— Я буду к семи, Джон.

И Билли положил трубку.

Джон быстрым шагом пошел в сторону балка, рядом с которым уже стоял высокий джип с огромными колесами, готовый к долгому путешествию.

Аня вмиг преодолела расстояние от своего стола до кабинета директора. Путь занял меньше минуты. Прежде чем зайти в кабинет, она решила отдышаться и успокоиться. Ее сердце колотилось, а на шее проступили маленькие, чуть заметные капельки пота. Аня вытерла их носовым платком. Затем она достала из кармана крошечное зеркальце и посмотрела на свое отражение. После чего решила подкрасить губы и припудрить и без того крахмально-белые щеки. Внезапно дверь кабинета открылась, и Аня увидела перед собой секретаршу директора – невысокую и хрупкую, слегка сутулую Любу. От неожиданности та мелко затряслась и схватилась за сердце. За стеклами ее очков засуетились два маленьких юрких зрачка.

— Анна Ивановна, ну вы меня и напугали! – сбиваясь, сказала Люба и ладонью схватилась за лоб.

— Да я и сама напугалась! – ответила Аня, спрятав быстрым движением пудру и помаду в карман.

— Вы к Антону Юрьевичу? Да? – все еще приходя в себя, сбивчиво говорила Люба, растирая лоб.

— Если можно… – выдержала паузу Аня. – К нему.

Люба развернулась в сторону кабинета директора и, приоткрыв дверь, закричала:

— Антон Юрьевич, к вам тут Анна Ивановна! Можно?!

Из кабинета раздался тонкий голос директора. Аня не поняла, что он сказал, но уточнять у Любы не стала.

— Можно, заходите, – сказала Люба и сразу же исчезла, выбежав из кабинета.

Антон Юрьевич сидел за своим столом и писал. Его напряженное лицо и складки на лбу говорили о том, что он занят чем-то серьезным. На щеках проступила красная мелкая сыпь, делая и без того некрасивое лицо еще менее привлекательным.

«Видимо, аллергия», – подумала Аня и зачем-то провела рукой по щекам, словно проверяя, нет ли и у нее сыпи.

— Антон Юрьевич, у меня для вас новости, – тихо сказала Аня, боясь спугнуть директора, – от Максима…

Антон встрепенулся, перестал писать и внимательно посмотрел на Аню. Затем он резко встал и подошел к ней. Та от неожиданности сделала шаг назад.