Книга Рубашка, страница 51 – Николай Куценко

Внезапно заскрипела дверь. В зал заседаний вошел невысокий лысый человек с большим животом. Внешне он чем-то напоминал Карлсона. За ним шли два крупных охранника – высоких, ладных, коротко стриженных, с маленькими наушниками в ушах.

— Джон! – закричал Максим, вскочив со скамьи. – Я не думал, что ты…

Джон поднес указательный палец к губам, Максим замолчал.

— Опоздавших прошу занять места и не шуметь! – вмешался судья и громко ударил молотком по столу. – Денис Николаевич, продолжайте!

В заключительной части своего выступления адвокат рассказал про научные заслуги подсудимого, про его доброе отношение к коллегам и жене.

— Да у него любовница была! Анька эта! Потаскуха! Сына непонятно от кого нагуляла! – закричала на весь зал Зинаида Ивановна. – То ли от кобеля этого, то ли от дружка его.

Максим вздрогнул. Он знал, что жена догадывается про Аню, но не представлял, что в курсе дела и ее родители. Особенно в таких подробностях. Ему вдруг сделалось невыносимо тяжело. Захотелось уйти отсюда. Скрыться. Хоть куда. Пусть даже в камеру, лишь бы все закончилось. Поскорее. Максим засунул руку в карман, сдавил свою иконку и стал молиться. Он уже выучил несколько текстов из молитвослова.

— Потаскун! – крикнула теща и погрозила кулаком. – Будь ты проклят!

Максим закрыл глаза. Он пытался уйти в себя. Спастись. Лишь бы больше не слышать ни слова. Лишь бы больше не находиться тут.

— Тише! – закричал судья.

— Прошу прощения, я продолжу, – сказал адвокат. – У меня есть свидетель.

— Свидетель? Разве там кто-то был, когда он ее толкнул? – удивился судья.

— Нет, мой свидетель был первым человеком, оказавшимся на месте преступления. Отец Андрей, прошу вас…

Отец Андрей встал, тихонечко перекрестился и подошел к месту выступления свидетелей.

— Я впервые увидел Максима в то трагическое утро. Он был сильно напуган и, честно говоря, перепугал и меня. Поверьте, я много повидал. Но этот случай – тяжелейшая трагедия для всех нас. Для родителей, для Максима, для науки, в конце концов!

— Поп, а убийцу покрывает! – донеслось из зала.

Выдержав паузу, отец Андрей продолжил:

— Безусловно, ничто не оправдывает такого преступления. Это тяжелейший грех, и Максиму придется нести его до конца дней! Но при вынесении вердикта я прошу суд учесть тот факт, что Максим пришел ко мне и, все рассказав, привел на место преступления. Это я тогда позвонил в милицию.

— Как вам не стыдно! – закричала Зинаида Ивановна. – Да таких, как он, убивать надо, а вы, служитель веры, еще и покрываете его!

— Я понимаю чувства родителей! Но прошу учесть факт явки с повинной! – продолжил отец Андрей. – Уже ничто не вернет его жены. Но свою жизнь он еще может спасти!

Максим закрыл уши, более не в силах выносить происходящее. Он даже не заметил, как начал плакать.

Отец Андрей все еще говорил. Максим уже не слышал о чем. Потом слово попросил Джон. Но судья не дал иностранцу выступить.

— И, наконец, прошу классифицировать данное преступление как «убийство по неосторожности» и в качестве наказания назначить подсудимому два года колонии общего режима. Это все, ваша честь.

— Два года?! Убийце?! – закричал на весь зал Андрей Петрович. – Это же безумие!

— Прекратите! – закричал судья и стукнул молотком по столу. – Я объявляю перерыв!