Книга Разбитое небо, страница 87 – Кэтрин Коулc

Живот скрутило, но я заставил себя кивнуть.

Чем сильнее я влюблялся в эту женщину, тем отчаяннее хотелось ее защищать. Но подрезать ей крылья я не стану. Лучше сам исчезну из ее жизни, чем сделаю это.

Слишком многие уже пытались лишить ее свободы.

— Сделай для меня одну вещь. Звони или пиши каждый раз, когда будешь куда-нибудь ехать.

Компромисс. Больше я сейчас предложить не мог.

Шайло поднялась на цыпочки и легко коснулась моих губ.

— Хорошо.

Я заставил себя разжать руки, когда она высвободилась из моих объятий. И это оказалось самым трудным, что мне приходилось делать за последнее время.

— Как ты себя чувствуешь сегодня утром?

Ночь выдалась долгой для нас обоих. Я будил ее каждые три часа. А воспоминание о нашем поцелуе без конца крутилось у меня в голове. В итоге я почти не спал.

Шайло прикусила щеку изнутри.

— Сегодня намного лучше.

Ее лицо говорило совсем об обратном. Хотя именно боли я на нем не видел. Я наблюдал, как она переминается с ноги на ногу и выстукивает пальцами ритм по кружке.

Я подошел ближе, внимательно следя за малейшими признаками тревоги. Но чем ближе я оказывался, тем спокойнее становилась Шайло. Обняв ее одной рукой, я прижался лбом к ее лбу.

— Я здесь. Несколько часов сна ничего не изменили в моих чувствах.

После этих слов Шайло расслабилась в моих объятиях.

— У меня это будет плохо получаться.

— У меня тоже. Но думаю, мы сможем разбираться вместе. Позволять друг другу ошибаться и говорить, как все исправить.

Потому что я больше не мог держаться от Шайло на расстоянии. Я изо всех сил боролся с притяжением к ней. До смерти боялся причинить ей боль, если поддамся.

И правда заключалась в том, что я обязательно причиню ей боль. Рано или поздно облажаюсь и задену ее. Но, не давая нам шанса, я и так причинял боль нам обоим каждый чертов день.

Она поставила кружку на столешницу и прижалась ко мне.

— Я боялась даже хотеть этого.

— Поверь, я тоже.

Она улыбнулась, уткнувшись в мою грудь.

— Почему мне от этого легче?

Я тихо рассмеялся.

— Потому что теперь ты знаешь, что ты не одна. И больше никогда не будешь одна.

Может, я и понятия не имел, как строить отношения правильно. Но терпения мне было не занимать. Я не сдавался и всегда находил выход.

Я убрал волосы с ее лица. Сегодня они мягкими волнами обрамляли его, завившись после косы, которую она обычно носила. Она была такой чертовски красивой, что у меня сердце сжималось от боли.

Пальцами я провел по ее щеке, спустился к шее и скользнул под волосы.

— Все будет в твоем темпе. Поводья у тебя в руках.

На ее лице вспыхнула паника.

— Я понятия не имею, как вести нас куда-то. Я… я обязательно что-нибудь испорчу.

Я легко коснулся ее губ своими. Вкус кофе смешался со вкусом Шайло.

— Просто делай то, что кажется правильным. Не бойся просить о том, чего хочешь. Или говорить, чего не хочешь. Так это и работает.

Она свирепо уставилась на меня. Нахмурилась так, словно я украл последний пончик.

Я расхохотался.

— Не смейся. Это не смешно.

Я снова поцеловал ее. Просто не смог удержаться.

— Немного смешно.

Шайло фыркнула.

— Тогда и ты должен делать то же самое. Говорить мне, чего хочешь и чего не хочешь.

— Это просто.

Она вопросительно приподняла бровь.

— Я хочу тебя. Всегда. Столько, сколько ты сама захочешь мне дать.