Книга Разбитое небо, страница 90 – Кэтрин Коулc

Я заставила себя двинуться с места, поднялась по ступеням и подошла к двери. Несколько секунд моя рука неподвижно лежала на ручке, прежде чем я повернула ее.

— Есть кто дома? — позвала я, войдя.

— Мы здесь, — отозвался папа.

Я собралась с духом и пошла в гостиную на его голос. Обычно в это время он был бы с коровами или лошадьми. Но сегодня не работал вместе с помощниками на ранчо. Он был дома. Ждал меня.

Войдя в объединенную гостиную и столовую, я посмотрела на родителей. Они будто постарели. У глаз и рта пролегли напряженные складки, и я знала, что причиной была я.

Я попыталась улыбнуться, но получилось скорее неловко скривиться.

— Привет.

Папа внимательно осмотрел мое лицо, задержав взгляд на темнеющем синяке вокруг глаза. Он поднялся и направился ко мне, но остановился примерно в шаге.

— Шай.

Я чувствовала, как сильно ему хочется прикоснуться ко мне, убедиться, что со мной все в порядке. Но он сдерживался. Ради меня. Я сама шагнула ближе, обняла его за талию и крепко прижалась.

— Я в порядке. Правда.

Сначала он обнял меня осторожно, словно я была сделана из стекла.

— Мне так жаль, что это случилось.

— Все уже позади. И со мной все хорошо.

Только на самом деле все еще не закончилось.

Я высвободилась из папиных объятий. Его глаза блестели от непролитых слез. Мама смотрела на нас с потрясением и изумлением. Я подошла к дивану и наклонилась к ней. Быстро обняла, поцеловала в щеку и сжала ее руку, а потом села в одно из мягких кресел.

Сердце бешено колотилось. Я ждала того знакомого ощущения, когда от прикосновений хотелось содрать с себя кожу. Но его не было.

Мама несколько раз моргнула.

— Ты правда в порядке?

Я кивнула. Мне было лучше, чем когда-либо после похищения, хотя сейчас все запуталось сильнее прежнего. Несмотря на угрозы, нападение и необходимость рассказать семье правду, я была не просто в порядке. Мне было хорошо. Я была счастлива. Казалось, впервые за много лет я по-настоящему жила.

— У меня все хорошо. И я говорю это не просто для того, чтобы вас успокоить.

Мама промокнула глаза.

— Я вижу.

Папа прочистил горло, сел рядом с мамой и взял ее за руку.

— Почему ты нам не рассказала?

Я слышала боль в его голосе. Неспособность защитить семью убивала что-то внутри такого мужчины, как мой отец. Мое похищение стало для него самым страшным ударом. А узнать, что спустя годы кто-то снова издевался надо мной и запугивал, было почти невыносимо.

Я глубоко впилась пальцами в подушку кресла.

— Я хотела справиться сама. Не хотела потерять ту кроху свободы, которая у меня оставалась. А если бы я вам рассказала…

— Мы бы снова заперли тебя под замок, — закончила за меня мама.

Она покачала головой и перевела взгляд на окна, выходившие на ранчо. Через несколько секунд снова посмотрела на меня.

— Мне так жаль. Я знаю, что со всем этим справилась ужасно. Я уже несколько раз была у психолога и пытаюсь во всем разобраться. Могу объяснить, почему поступала именно так, но…

— Я понимаю. Правда. Я знаю, насколько все это тяжело. Мне стоило рассказать вам о многом. Просто я не могла подобрать слова.

Папа тяжело сглотнул.

— Ховард Кемпер… он… он ведь не…?

— Нет. Клянусь жизнью, ничего такого не было. Он просто… сказал, что выдаст меня замуж за своего сына.

Я попыталась подобрать слова для того, что хотела сказать дальше. Для того, что осознала благодаря разговорам с Рэмси.