Книга Расколотое море, страница 50 – Кэтрин Коулc

Через мгновение лицо Боудена оказалось прямо передо мной.

— Прости, я просто...

— Все нормально. Ты мне ничего не должен.

Боуден нахмурился.

— Мы не ладим. Раньше были близки, но потом он пошел по темной дорожке. Ему не нравилось, что все внимание доставалось мне. И что нас постоянно сравнивали.

Самая острая боль отступила.

— Это тяжело.

— Мягко говоря.

По тому, как напряглись мышцы Боудена, я поняла: сказанное — лишь верхушка айсберга. Это напряжение тянуло меня к себе. Я протянула руки и начала разминать его плечи.

Он опустил голову мне на плечо и вздохнул.

— Позволю тебе делать это вечно.

Я усмехнулась.

— У меня волшебные руки.

— С такими руками ты могла бы зарабатывать миллионы.

— Я использую их только для особенных людей. Они не продаются.

Боуден выпрямился, но оказался еще ближе. Наши лица разделяло всего несколько сантиметров. Губы — одно дыхание. Мне отчаянно хотелось податься вперед. Узнать, каково его касаться. Каков он на вкус.

Ладонь Боудена скользнула вверх по моей руке, к шее, а пальцы запутались в волосах. Он наклонился еще ближе.

Гизмо пронзительно тявкнул, заставив нас резко отпрянуть друг от друга.

Взгляд Боудена метнулся к собакам, и его рот приоткрылся.

— Он что, пытается оседлать Пичес?

Я проследила за его взглядом. Гизмо пытался удержаться на колесах и воспользоваться бедной Пичес.

— Гизмо, — укоризненно произнесла я. — Вы только что познакомились.

— А она, похоже, не возражает, — рассмеялся Боуден.

Пичес смотрела на Гизмо влюбленными глазами, пока тот не прекращал своих попыток.

Я соскользнула со стула и постаралась оттащить своего пса от собаки Боудена.

— Гизмо, это уже неловко. — Я подняла взгляд на Боудена, чувствуя, как вспыхивают щеки. — Похоже, он совершенно очарован.

Уголок его рта приподнялся.

— Не он один.

В животе все перевернулось. Я не поняла, говорил он о себе или о собаке. Но одно знала точно: Боуден Кавано был опаснее, чем казался.

И все же меня тянуло к нему, словно мотылька к огню.

— То что надо. Спасибо. — Я соскользнула со стула, и спину тут же прострелило. Ноги тоже были не в восторге. Жгучая нервная боль расползлась по коже и впилась в плоть.

Боуден пошел за мной к раковине, неся наши чашки.

— Замороженную пиццу я готовлю не хуже лучших.

— На этом мои кулинарные способности тоже заканчиваются.

— Черт. А я надеялся, что ты настоящий мастер.

Я покачала головой, ополаскивая тарелки.

— Прости, что разочаровала. Зато бутерброды у меня получаются потрясающие.

— А я отлично разбираюсь в бутербродах.

Я рассмеялась.

— Это просьба?

Боуден посмотрел на меня щенячьими глазами.

— Сжалься надо мной. Я здесь питаюсь одними замороженными блюдами.

— Ладно. Сделаю тебе бутерброд. И Адди просила пригласить тебя на ужин.

— Кто такая Адди?

— Моя подруга. Она замужем за братом Хейза, Беккетом. У нее золотое сердце. Когда она узнала, что ты в городе и никого здесь не знаешь, решила непременно устроить тебе теплый прием.

Я внимательно следила за реакцией Боудена, ожидая, что он насторожится из-за местных, пытающихся влезть в его жизнь. Но вместо этого его лицо озарила улыбка.

— Ты рассказываешь обо мне друзьям?

Я закатила глаза.

— Только не возомни о себе слишком много. Эв видела, как ты ехал через город. С этого все и началось.