Книга Расколотое море, страница 69 – Кэтрин Коулc

— Лейкен?

Чья-то ладонь обхватила мой локоть.

Я повернулась на голос. Мой взгляд встретился с темно-карими глазами.

— Айзек.

Тревога избороздила его лицо.

— Ты в порядке?

— Кажется, нет.

— Идем.

Он вывел меня из ряда, провел мимо входящих людей и остановился в тихом углу вестибюля.

— Просто дыши.

Я кивнула, пытаясь заставить легкие работать. Понадобилось несколько попыток, но они наконец подчинились. Мышцы дергались судорогами, однако воздух хотя бы входил и выходил.

— Прости, — хрипло произнесла я.

— Тебе не за что извиняться.

Я вгляделась в лицо, которое когда-то знала так хорошо.

— Я не была уверена, что ты придешь.

Он нахмурился.

— А где еще мне быть?

— Не знаю. Хейз сказал, что ты уехал из города.

Айзек кивнул и отвел взгляд к людям, которые все еще заходили с холода.

— Командировка. Он связался со мной, когда я вернулся.

— Он рассказал, что, по его мнению, происходит?

Айзек снова посмотрел на меня.

— Это полный кошмар, Лейк.

Я поморщилась от прозвища, которым меня больше никто не называл. Оно исчезло много лет назад, потому что принадлежало другому человеку.

— Он не знает наверняка. Это могут быть несчастные случаи.

В темных глазах вспыхнула злость.

— Трое из нас меньше чем за год? Либо Бог нас ненавидит, либо кто-то убирает нас одного за другим.

По позвоночнику пробежала дрожь. Я невольно оглядела зал, проверяя, не следит ли кто-нибудь за нами. Ничего подозрительного не заметила.

— Хейз делает все возможное, чтобы разобраться. А пока нам просто нужно быть осторожными.

Айзек фыркнул.

— Хейз хороший человек, но у этого города нет ресурсов для подобных дел. Я подумываю ненадолго уехать отсюда. Тебе стоит сделать то же самое.

— Не могу. Здесь моя жизнь. Моя работа. Мои друзья.

— Все это неважно, если тебя убьют.

Желудок скрутило.

— Мне нужно найти уборную. Увидимся внутри.

Я поспешила к лестнице, не дав ему сказать больше ни слова. Еще со времен воскресной школы я помнила, что наверху есть уборная. Отдельная комната, а не ряд кабинок. Я рывком распахнула дверь и захлопнула ее за собой. Едва успела повернуть замок и добраться до унитаза, как желудок вывернуло. Меня рвало снова и снова, даже когда внутри уже ничего не осталось.

Холод от плитки просачивался сквозь колготки, и я боролась с желанием опуститься на пол. Вместо этого заставила себя подняться и смыла следы своей слабости. Открыла воду настолько холодную, насколько позволял кран, вымыла руки и прополоскала рот. При виде ополаскивателя и маленьких стаканчиков на стойке я облегченно выдохнула. Набрала в рот мятную жидкость и стала дышать через нос.

Выплюнув ополаскиватель, я выпрямилась. Из зеркала на меня смотрел призрак. Я была такой бледной, что казалось чудом, будто в голове вообще осталась кровь. Попыталась растереть щеки, но это почти не помогло.

— Соберись, — прошептала я женщине в зеркале. — Сегодня речь не о тебе.

Я зажмурилась и подумала о родителях Лисбет. Как сильно им сейчас больно. Как важно им знать, что их дочь любили и по ней будут скучать.

Этого хватило, чтобы отпереть дверь и выйти в коридор. Голоса стихли. Наверное, люди уже занимали места перед началом службы. Я быстро спустилась по лестнице и, завернув за угол, врезалась в стену мышц.

Сразу отступила.

— Прости. Я не заметила…