Книга Пышка и демон. Семь желаний, страница 26 – Рэй Харт

«Семь желаний, договор с демоном. Я сошла с ума!» — пронеслось в голове.

И побрела домой, потирая невидимую печать на запястье — обожжённую, будто только что прикоснулась к раскалённому железу.

Ева с трудом открыла глаза, голова раскалывалась так, будто она пила всю ночь не просыхая. Язык прилип к нёбу, во рту — привкус металла и сильного алкоголя.

«Я же выпила только шампанское. Всего один бокал».

Ева лежала на боку, уткнувшись носом в подушку, которая пахла совершенно незнакомо. Это не её подушка. Не её кровать.

И самое главное — пропали фотки Кости со стены!

«Где я, чёрт меня подери?!»

Ева резко перевернулась на другой бок — и упёрлась руками в чье-то тёплое тело.

От ужаса распахнула глаза шире.

Рядом с ней, в той же постели, спал Константин Ивлев. Её Костя! Его светлые волосы рассыпались по подушке, ресницы отбрасывали тени на бледную кожу, родинка над губой выделялась на фоне утренней бледности. Он выглядел почти так же, как она себе его представляла долгие годы. На фото он всегда улыбался, а во сне лицо казалось расслабленным, чуть хмурым, по-детски беззащитным.

Ева зажала рот ладонью, чтобы не закричать от восторга. Она лежит рядом с Костей! В его постели. Значит, вчерашняя сделка с демоном — не сон! Это правда! Адам сдержал слово.

Она придвинулась ближе, разглядывая каждую морщинку у его глаз, каждую ресницу. Сердце билось как у птички, которая выбралась на свободу из силков. Она столько лет мечтала об этом моменте — быть рядом с ним, видеть его спящим, чувствовать его дыхание. И вот он здесь. Реальный.

Но что-то определённо было не так.

Ева провела рукой по своей груди — и наткнулась на ровную, почти плоскую поверхность. Там, где обычно была её пышная, привычная грудь, теперь лежала ладонь, чувствующая лишь лёгкую выпуклость. Она опустила взгляд и увидела худые, изящные руки с длинными пальцами. Это чужие женские руки.

— Что такое? — прошептала Ева и осторожно, чтобы не разбудить Костю, выбралась из кровати.

Ноги были длинными и лёгкими. Бёдра — почти отсутствовали. Талия — тонкая, как у модели. Ева покачивалась, чувствуя себя пьяной не столько от алкоголя, сколько от этой новой, непривычной лёгкости. Она прошла мимо огромного зеркала в гардеробной, мельком глянула на своё отражение и остановилась как вкопанная.

В зеркало на неё уставилась та самая брюнетка. Идеальные скулы, тёмные волосы до плеч, карие глаза с длинными ресницами. Никакой пышной блондинки Евы Самойловой. Только худощавая, изящная, почти хрупкая незнакомка, которая вчера танцевала с Костей и обвивала его шею руками.

Ева открыла рот, чтобы сказать что-то — и из зеркала приоткрылись чужие губы с идеальной формой.

— Нет, — прохрипела она не своим голосом. — Я не это имела в виду! Я не хотела становиться ЕЙ!

Ева бросилась со всех ног в ванную. Она вцепилась в раковину, глядя в зеркало безумными глазами. Ну и дура. Она загадала: «Хочу, чтобы Костя был моим парнем и смотрел на меня как на девушку в сером платье». Но Адам переиначил всё в своей демонической манере — и сделал ЕЁ этой девушкой. Всё с точностью до миллиметра.

— Адам, ты просто зараза! — взвизгнула Ева, и голос сорвался на крик. — Ты вообще мог предупредить заранее?!

На шум в ванную влетел растрёпанный Костя. Глаза спросонья красные, волосы дыбом, на лице испуг.