Книга Пышка и демон. Семь желаний, страница 3 – Рэй Харт

— Всё нормально, — пробормотал ведущий с той же вежливой улыбкой, которую она так часто видела с экранов телевизора.

«Молодец — мрачно думала Ева. — Ещё немного — и наступишь ему на ногу. Или уронишь кисточку прямо в карман пиджака».

— Готово! — выпалила, наконец она. — Вы, как всегда идеальны.

— Это ты идеальная, — Константин задорно подмигнул. — Спасибо. Каждый раз удивляюсь, как тебе это удаётся.

Дверь за ним закрылась. Ева облокотилась на стол, чувствуя, как ноги отказываются её держать. Стало невыносимо душно, щёки горели.

«Идеальна. Он как всегда, сказал это просто так. Без скрытого подтекста. У него всё просто так».

И всё равно этих нескольких слов хватило, чтобы настроение взлетело под самый потолок.

Ева с сожалением смотрела на закрытую дверь и понимала: ничего не изменилось. Завтра Константин Ивлев придёт опять, она сделает ему макияж, он улыбнётся, быть может сделает ей дежурный комплимент, и она будет делать вид, что равнодушна. А на самом деле, Ева влюблена в самого популярного ведущего их телеканала. Вот уже пять несчастных лет.

К вечеру Ева чувствовала приятную усталость. Она переоделась, попрощалась с коллегами и вышла на улицу. Ева действительно всем сердцем обожала родной город. Он никогда не пытался казаться солнечнее и веселее, чем был на самом деле. Может быть, поэтому здесь ей дышалось легче.

Петербург встретил ей привычной сыростью. Мелкий дождь лениво кружился в свете фонарей. Асфальт блестел, отражая витрины магазинов и красные огни автомобилей.

Ветром с Невы несло запах тины. Проходя мимо набережной, Ева невольно отвернулась от воды. Даже спустя много лет внутри всё болезненно сжалось. Ева подняла воротник плаща и вспоминала родителей. Они много лет назад утонули в круизе, который выиграли в злосчастную лотерею.

Тогда Еве исполнилось всего пять лет, она почти забыла их лица, но ярко запомнились только запах маминых духов и папин громкий смех. Бабушка говорила, что Еве очень повезло, за день до отплытия, к ней подошла незнакомка и очень настойчиво уговаривала не отпускать внучку в путешествие. Только благодаря этой незнакомке Ева всё ещё жива, и не утонула вместе с родителями.

С тех пор любая большая вода вызывала у неё необъяснимую тревогу. Ева с презрением зыркнула на тёмные воды и ускорила шаг.

Дом был уже совсем рядом.

Ева жила вместе с бабушкой на пятом этаже, грязно-розовой девятиэтажки.

В подъезде ароматно пахло жареными блинами.

Значит бабушка снова решила, что лучшего лекарства от любых переживаний человечество ещё не придумало.

Ева отперла дверь и сразу услышала голос бабушки:

— Евусик! — донеслось из кухни. — Иди быстрее, я только что сняла блины со сковороды! С мясом, с творогом, со сметаной — всё как ты любишь! И не говори мне, что ты опять решила худеть!

— Уже иду!

Ева сняла плащ, разулась и вошла на кухню.

Нина Ивановна стояла у плиты, в своём любимом фартуке с надписью «Хорошая бабушка — плохой пример для подражания» и ловко переворачивала очередной блин.

Седые кудряшки выбивались из-под цветастой косынки, на щеках румянец от жара газовой плиты, и вечно молодые, хитрые глаза.

— Бабуля, ты меня угробишь. Я же поправлюсь ещё больше.

— Хорошего человека должно быть много, — отрезала бабушка строго. — Руки мой и садись давай. Если что, купим квартиру с дверями пошире.