Книга Измена: Любовница Носит Моё Лицо, страница 22 – Виктория Северина

Первой Лиана отправилась к Марте, старой служанке, которая прожила в доме Вейров почти пятнадцать лет и три месяца назад ушла к замужней дочери. Марта помнила всё. Кто из гостей пил слишком много, какая гувернантка воровала сахар, где Адриан в пять лет разбил дорогую вазу и каким образом Кассиан однажды спрятал треснувшую чернильницу за книгами, надеясь, что жена не заметит. Если в доме несколько месяцев назад работала женщина, а потом исчезла, Марта должна была знать. Старуха жила в небольшом доме возле рыночной площади. Она сама открыла дверь и так обрадовалась бывшей хозяйке, что первые четверть часа Лиане пришлось пить горячий отвар, слушать жалобы на зятя и уверять, что Адриан вырос, ест хорошо и всё ещё сутулится за книгами.

— Ты всегда говорила, что помнишь каждого, кто служил у нас дольше недели, — сказала Лиана, когда удалось наконец перевести разговор туда, куда нужно. Она отставила чашку на маленький стол и достала из сумки сложенный лист. — Вспомни женщину по имени Рена. Молодая, светловолосая. Работала у нас весной, кажется, при бельевой.

Марта нахмурилась. Морщины на её лбу стали глубже, старуха даже отложила вязание.

— Рена? Нет, госпожа, не было у нас никакой Рены. Я бы запомнила, особенно при бельевой. Там все девки через мои руки проходили, — уверенно сказала она и покачала головой. — Весной были Эсса, Мелина, потом пришла толстая Нора из прачечной. Рены не было.

Лиана молча развернула лист.

Это была салфетка. Маленькая, белая, вышитая с одного края голубыми нитками. Она нашла её утром в старом шкафу, где хранили сменное бельё для гостей. В углу стояли две аккуратные буквы: «Р. Э.».

Марта взяла ткань, поднесла к глазам.

— Чья работа? — спросила Лиана. Она наблюдала за старухой и уже заранее чувствовала неприятное напряжение.

Марта провела пальцем по вышивке.

— Хорошая работа. Ровная. Кто-то из молодых, наверное, — сказала она после паузы. Потом пожала плечами и вернула салфетку. — Но я всё равно не помню никакой Рены.

— Это её, — ответила Лиана. Она не стала объяснять, откуда знает. — Я сама видела, как она вышивала эти буквы.

Марта посмотрела на хозяйку с тревогой.

— Может, вы путаете? В последнее время у вас столько людей было, — осторожно произнесла она. — Господин Кассиан часто приводил новых слуг из дворца. Бывает, лицо запомнишь, имя забудешь.

Лиана почувствовала, как внутри снова проходит знакомый холод.

— А лицо? — спросила она и наклонилась ближе. — Светлые волосы, серые глаза, шрам на подбородке. Всегда чесала левое запястье, когда нервничала.

Марта замерла.

Несколько мгновений старуха смотрела куда-то мимо Лианы.

— Нет, — сказала она наконец, но уже тише. — Нет, госпожа. Никого такого не было.

Лиана забрала салфетку и сложила обратно.

Вот это уже было хуже простой забывчивости. Марта могла не помнить имя. Могла спутать месяц. Но она не могла забыть человека настолько, чтобы уверенно отрицать его существование, если тот работал в доме месяцами. Особенно Марта.

Следующей была Лидия Арден, давняя подруга Лианы, с которой они познакомились ещё до свадьбы. Лидия никогда не любила Кассиана. Не настолько, чтобы говорить это вслух при нём, но достаточно, чтобы всякий раз после его ухода смотреть на Лиану с выражением «ну и зачем тебе всё это». Она жила ближе к дворцу, принимала гостей почти каждый день и знала придворные слухи лучше некоторых секретарей.