Книга Шипы у Розы Красавина, страница 72 – Виолетта Роман

К горлу подкатил ком.

— Я верила... В том то и дело, я верила, но совершенно тебя не знала... – проговорила сорванным шепотом.

Он потянулся ко мне, но я отпрянула.

— Нет, прости. Мне нужно побыть одной. Я и так слишком быстро доверилась тебе... После всего того, что произошло в моей жизни, я не должна была так рисковать собой и быть такой наивной. Но когда я встретила тебя, когда увидела, как ты заботишься о баб Ане, как носишься с теть Фаей и с остальными стариками, я подумала, что ты особенный. «Роза, не бойся! Вот же он – простой деревенский парень, искренний в своем грубоватом юморе но такой честный, открытый и надежный в отличие от того столичного интеллигента – бизнесмена, который воспользовался тобой».

— Я такой и есть, Роза...

И мое фальшивое имя резануло слух так сильно, что я поежилась.

— Все изначально было ложью, Гоша. И я ведь совсем не Роза...

Когда я решилась поднять на него взгляд, дыхание перехватило от того, сколько боли было в его глазах.

Сначала в них вспыхнуло дикое, животное «нет». Огонь отчаяния. Мне казалось, что вот-вот и он бросится ко мне, схватит за плечи, начнет трясти и кричать, что все исправит, что не сможет без меня, что я не имею права так заканчивать наши отношения.

Но потом, в следующее мгновение он будто сам затушил огонь. Его зрачки сузились, а в уголках глаз прорезались ранние морщинки – словно от резкой, молниеносной боли. Глаза стали пустыми и глубокими одновременно, как две раны. Во взгляде поселилась та самая тишина, которую я просила: он понял, что его слова сейчас только все сломают окончательно.

— Хорошо, - он сглотнул. Адамово яблоко дернулось, как загнанный зверек в клетке. Гоша часто заморгал, пытаясь прогнать предательскую влагу, но ресницы стали тяжелыми.

— Если тебе так будет лучше...

Я ненавидела его покорность! Ненавидела то, что он продолжал заботиться о моем благополучии, даже будучи по уши виноватым! Меня раздражало то, что он решил уступить, хотя я прекрасно знала – продолжи он уговаривать меня, я злилась бы сильнее. И, прогнав прочь все мысли, я кивнула.

— Так будет лучше для всех...

Я вышла из машины, и направилась к воротам участка. Знала, что меня отделяют от тишины дома всего десять шагов. Но сейчас это расстояние казалось бесконечным.

Хлопнула дверца машины за спиной, и я чувствовала его взгляд. Я знала, что по-другому нельзя, но, Боги, как было сложно уходить. И когда вдруг раздался громкий мальчишеский возглас, мы обернулись, и встретились с ним испуганными взглядами.

— Гоша! Гоша! – кричал соседский мальчишка Петя, со всех ног направляясь к нам. – Баб Аня! Там баб Аня упала, и лежит в огороде! Кажется, она умерла...

Глава 17.

Глава 17.

— Да не умираю я! И чего вы такую панику подняли?! – ворчит баб Аня, когда мы, подхватив ее под руки, ведем женщину наверх по ступенькам больничного крыльца.

— Это лучшая клиника в округе. Мы проверим, что упав, вы ничего себе не повредили. Да и пройти обследование вам не помешает.

— Ничего и не надо проверять, Розочка! Дышу, вижу тебя хорошо, что еще нужно? – недовольно ворчит женина, но послушно следует за Красавиным, который придерживает для нее распахнутую дверь.

— Баб Ань, вы упали в обморок, ударились рукой и бог еще знает чем! Вы не могли самостоятельно подняться, - я вдохнула кондиционируемый воздух больничного коридора, и стерла со лба капельки пота. – Думаю этих причин достаточно для того, чтобы позволить обследовать ваше здоровье.