Книга Шипы у Розы Красавина, страница 90 – Виолетта Роман

Трибуны ревели так, что дрожала земля. Сотни тысяч глоток слились в единый ритм. Сканеры камер бешено искали мое лицо, а партнеры по команде бежали ко мне, чтобы повалить в кучу и закопать под горой тел.

Но я их не слышал.

Я стоял на коленях в чужой штрафной, тяжело дыша, и не смотрел ни на ликующий тренерский штаб, ни на табло, где горело «один: ноль». Мой взгляд скользил по восточной трибуне. Щурясь от солнца я упрямо вглядывался в толпу.

И когда мои глаза наконец-то нашли искомое, отталкивая объятия одноклубника, я со всех ног побежал к барьеру, разделяющему поле от сектора для прессы.

Роза, вся мокрая от пролитого лимонада и счастливых слез, отбивалась от мешающей толпы локтями, крича что-то нечленораздельное. Она прорывалась ко мне, наступая кому-то на ноги, роняя сумку, теряя шарф с названием моей команды.

Перемахнув через рекламный щит, я понесся к ней. К единственной, кто был для меня важен. К той, ради кого я был здесь, ради кого шел к победе.

Схватив ее за талию, я притянул ее к себе так сильно, будто хотел сделать частью своей грудной клетки.

Стадион вздохнул, сменив скандирование на протяжное «у-у-у», а потом взорвался свистом и одобрительным гулом.

Я наклонился и уткнулся носом в ее растрепанные волосы, вдохнул запах цветочного шампуня - единственный запах, который имел значение. И поцеловал ее.

Камеры бешено щелкали, фиксируя это на фото для завтрашних обложек всех газет. И уверен, комментаторы выдадут нечто на подобие: «Главный матч своей жизни он посвящает ей.»

Все так и было. И я бы ни за что не стал спорить. Только для нее, для моей колючей, прекрасной Розы все мои победы и борьба. И когда она отстранилась, и наши взгляды встретились, я подумал о том, что на этот раз я отмечу свою победу так, как хочет моя душа.

— Красавин, нужно спешить на рейс! Если опоздаем на свадьбу теть Фаи, она нам не простит!

* * *

Мы успели заскочить в зал бракосочетания за три минуты до начала торжества. Запыхавшиеся, но до чертиков счастливые, мы с Красавиным не могли сдержать улыбок, смотря на одетую в подвенечное платье теть Фаю, и галантного Егора в красивом смокинге.

Пока ведущая зачитывала речь, предлагая молодоженам обменяться кольцами, я опустила глаза на свою ладонь. На безымянном пальце красовалось скромное обручальное кольцо, которое надел на меня Гоша полгода назад. На следующий же день после нашего примирения.

У нас не было свадьбы. Не было торжества. Мы не хотели всего этого – напуганные прошлыми несчастьями, мы словно два маленьких мышонка предпочитали прятаться в уютном коконе собственных отношений. Нам было хорошо вдвоем, и мы боялись впускать кого-либо в свой тесный мир.

Но досталось нам конечно знатно от теть Фаи, стоило ей заметить украшения на наших руках. Ох и получили мы тогда... Пришлось перепахать ей весь огород в наказание, а потом и вечеринку закатить на все СНТ.

Я улыбнулась, смотря на то, как недовольно Гоша сбрасывает вызов. Скорее всего агент, или новые спонсоры, заинтересованные в моем муже. Ему плевать на все, он живет игрой и мной. А я живу им.

Постоянные перелеты, гостиницы и присутствие на его играх ничуть не выматывает меня. Но я теперь я знала, что вскоре придется осесть на одном месте, и чувствовала приятное волнение от того, как отреагирует Гоша на эту новость.