Книга На волнах оригами, страница 263 – Анна Джейн

Я могла ошибаться и, скорее всего, я ошибалась, потому что это не могло быть реальностью, но Кезон был похож на Кирилла. Того самого обладателя фальшивой бороды, с которым я вчера гуляла по Тверской, который переоделся в женщину и который сегодня утром звал меня в Коломенское.

Быть того не может.

Или это его брат-близнец?

А история повторяется, правда?

— Где же Гектор? – нетерпеливо постукивала кулачком по подлокотнику кресла Нинка тем временем, не подозревая, что творится у меня в душе. Она вся подобралась, как охотник перед тем, как добить редкую дичь. А дичь опаздывала.

Я же продолжала таращиться на темноволосого музыканта. А он, иронично подняв и без того изогнутую бровь, продолжал переговариваться с коллегой.

Кезон резко перевел взгляд в зал, на застывших в благоговении поклонников, и я, отчего-то испугавшись, что он заметит меня, опустила голову, прикрыла лицо рукой и продолжила исподлобья наблюдать за ним.

Те же жесты, мимика, улыбка – это определенно был Кирилл, живущий в соседнем номере. Так вот почему он закрывал лицо, надевал дурацкую бороду и переодевался в женщину, когда ехал в отель – ведь его окружили фанаты «Лордов», и Кирилл не хотел, чтобы они узнали его! А в разговоре по телефону, когда он так бегло говорил по-английски, его, видимо, предупреждали об опасности.

Нет, серьезно, знаменитый музыкант – это мой новый знакомый, родившийся в соседнем городе?!

Как такое могло произойти?

Ты два раза вступила в одну и ту же реку, хе-хе.

В одну и ту же реку мне дважды не вступить – мое сердце покорил человек по имени Антон. Да и не нужна я этому Кезону, это лишь странное стечение обстоятельств, игра судьбы, и только.

Однако я так обалдела от собственного открытия, что и слова вымолвить не могла, только и смотрела на Кирилла-Кезона большими глазами, пытаясь понять, где подвох, а он, не замечая меня в толпе фанатов, переговаривался с Феликсом. Запоздалое появление Гектора, того самого, от которого сходила с ума и без того немного сумасшедшая Нинка, я пропустила и обратила на него внимание лишь тогда, когда он подошел к микрофону, отодвинув плечом мужчину, который должен был, видимо, представлять группу. Высокий, широкоплечий, довольно-таки хорошо сложенный, походку он имел тяжелую, а жесты его были скупы и неспешны. Длинные черные волосы Гектора были убраны в низкий хвост, бледное лицо казалось спокойным и каким-то равнодушным, отстраненным, да только вот глаза – черные, внимательные, блестящие, говорили, что его спокойствие – напускное, и сам он человек с горячим нравом.

Подо льдом бежит лава, не иначе.

Такие, как Гектор, привыкли делать все по-своему. И они всегда бросают вызов обществу – именно это крылось в его взгляде.

— …я умру от переумиления, – шептала восторженная Ниночка, сцепившая на коленях пальцы в замок. Отчего-то этот Гектор вызывал в ней самые теплые чувства, и я никак не могла взять в толк – почему он ей так нравится? Что подруга нашла в том, кому суждено быть лишь идолом и только?

— Что? – не сразу поняла я подругу, находясь в шоке от всего происходящего.

— Я ей тут распинаюсь про любовь всей моей жизни, а она меня не слушает, – рассердилась Журавль, но ее любимчик заговорил в микрофон, и она вынуждена была замолчать. Лишь пожирала солиста «Лордов» взглядом. Ее мечта сбывалась на глазах.