Книга Месть Аделаиды. Второй шанс для жены дракона, страница 10 – Елена Крамская

Имя «Дейран» повисло в воздухе. Имя человека, чей предсмертный драконий рев вырвал меня из лап смерти.

Лицо Геры стало жестким, потеряв всю свою медовую сладость.

— Аделаида, о чем ты говоришь? Ты будешь бороться за корону. Разговоры о лорде Дейране неуместны.

— Почему же? — я спокойно встретила ее гневный взгляд, — Я лишь рассматриваю все возможные варианты для блага нашего дома. Как вы меня и учили, матушка. Или благо нашего дома ограничивается лишь вашими желаниями? И у вас есть еще Мая, может принц выберет именно её.

Отец откашлялся, явно чувствуя себя неуютно.

— Аелаида, Гера права. Мы хотим сделать свой выбор в пользу столицы.

— А я считаю, что было бы разумно возобновить переписку с лордом Дейраном. Просто чтобы напомнить о старой дружбе наших домов. Это ни к чему не обязывает, но в большой игре лишних союзников не бывает.

Я встала из-за стола, аккуратно задвинув стул.

— Спасибо за завтрак. Он был восхитителен. Если я понадоблюсь, я буду в конюшне.

Я развернулась и пошла к выходу, чувствуя на своей спине три пары глаз. Два взгляда были полны недоумения, а третий… взгляд отца был задумчивым.

Я посеяла первое семя сомнения. Маленькое, крошечное, но оно уже было там.

Я вышла из столовой и медленно пошла по коридору, прислушиваясь. Я знала, что сейчас начнутся громкие разговоры.

— …совсем с ума сошла! — донесся до меня приглушенный, яростный шепот Геры. — Дейран! Она смеет упоминать это имя в моем присутствии! Галеон, ты должен запретить ей!

— Успокойся, дорогая, — гудел бас отца, — Она просто ребенок. Начиталась рыцарских романов…

— Ребенок?! — почти взвизгнула Гера, — Эта «ребенок» только что поставила под сомнение твое решение на глазах у прислуги! Она стала дерзкой, неуправляемой! Это все ее ночные кошмары, они мутят ей рассудок! Ты должен быть с ней строже! Ради ее же блага! Ради нашего будущего!

Я усмехнулась и ускорила шаг.

Да, моя дорогая мачеха. Наша игра началась, и ты еще не знаешь, насколько неуправляемой я могу быть.

Я покинула столовую с ощущением холодной, звенящей пустоты за спиной. Три пары глаз буравили мне спину, и я чувствовала каждый взгляд, как прикосновение.

Недоумение Маи, задумчивость отца и жгучую, неприкрытую ненависть Геры. Я победила в этой маленькой утренней стычке, но это была лишь первая, самая незначительная фигура, убранная с доски. Впереди меня ждала вся партия, и я знала, что мой главный противник не простит мне этой дерзости.

Я не пошла в конюшню. Вместо этого, я свернула в противоположное крыло замка, туда, где воздух всегда был неподвижен и пах пылью веков. Мои шаги по каменным плитам гулко отдавались в тишине, нарушая сонное оцепенение коридоров. Портреты предков провожали меня суровыми, выцветшими взглядами. Раньше я пробегала мимо них, не замечая, но теперь вглядывалась в каждое лицо, в каждую черточку, ища в них отголосок той силы, что сейчас отчаянно пыталась нащупать в себе.

Библиотека встретила меня прохладой и запахом старой кожи, пергамента и чего-то неуловимо сладкого, похожего на сухие травы. Здесь ничего не изменилось. Высокие, до самого потолка, стеллажи из тёмного дерева уходили в полумрак, теряясь где-то под сводами.

Пылинки танцевали в косых лучах утреннего солнца, пробивающихся сквозь высокие стрельчатые окна. Тишина здесь была почти осязаемой, плотной, как старинный бархат. Это было святилище моего отца, его убежище от суеты мира. И, как я теперь понимала, это было и убежище моей матери.