Книга Месть Аделаиды. Второй шанс для жены дракона, страница 83 – Елена Крамская

А затем он рассмеялся своим сухим, презрительным смешком, от которого у меня мороз пробежал по коже.

— Красивая безделушка, — процедил он, с брезгливым интересом проводя большим пальцем по серебристым линиям, — Драконы такие сентиментальные варвары. Клеймят своих женщин, как скот.

Я вскинула на него глаза, не в силах скрыть шок. Валериан продолжил.

— Истинная Пара. Древние, покрытые пылью сказки для наивных девиц и дикарей с Севера. Неужели ты действительно думала, что этот жалкий узор на коже что-то для меня значит?

Его пальцы внезапно стали ледяными. Я почувствовала, как от его руки исходит чужеродная, колючая, как битое стекло, магия. Она впилась в мое запястье, пытаясь проникнуть под кожу, пытаясь заморозить, парализовать мою метку.

— Бедная, сломанная птичка, — прошептал Валериан, склоняясь к моему уху. Его горячее дыхание обожгло мне кожу, — Никто не придет тебе на помощь. Привыкай к этой мысли.

Я инстинктивно внутренне сжалась. Мой дракон взрычал, готовый ответить огнем, готовый испепелить его руку. Но я мысленно ударила по тормозам и промолчала, играя роль до конца. Пусть он думает, что он сильнее.

Я втянула свою силу глубоко в себя, выстраивая глухой, мертвый щит. Я позволила ледяной магии Валериана окутать мое запястье, позволила метке потускнеть, померкнуть под его прикосновением, не оказывая ни малейшего сопротивления.

Валериан торжествующе улыбнулся. Его слабая, паразитическая магия, которую он, вероятно, тоже черпал из темных источников или от Геры, не встретила отпора. Он не почувствовал моего дракона. Он поверил, что моя сила — лишь миф, что я действительно пуста и сломлена.

— Королевский указ, моя дорогая, имеет куда большую силу, чем древние сказки, — прошептал он, отпуская мою руку и брезгливо вытирая пальцы о свой камзол, словно испачкался, — Ни один дракон не нарушит закон Короны. Они все — лишь цепные псы на моей службе. Твой истинный дракон умоется кровью, но склонит голову, когда я назову тебя своей невестой на Отборе.

Он сделал шаг назад, восстанавливая идеальную осанку принца.

— Ты принадлежишь Короне, Аделаида. Смирись с этим, и, возможно, твое пребывание здесь не будет таким болезненным.

Он развернулся и ушел, даже не оглянувшись, абсолютно уверенный в своей непогрешимости.

Я осталась стоять, прислонившись к дереву. Как только его шаги стихли за живой изгородью, я сползла по стволу вниз, упершись руками в холодную землю.

Меня трясло, но не от страха, а от безумного, адреналинового смеха, который клокотал в горле.

Его гордыня была настолько колоссальной, что делала его слепым. Он не почувствовал мою магию. Он поверил Гере, которая убедила его, что истощила меня. Он сам вручил мне в руки самое страшное оружие — недооценку противника.

Я вытерла испарину со лба, тяжело дыша, и медленно поднялась на ноги. Нужно было привести себя в порядок и вернуться к остальным, пока мое отсутствие не вызвало вопросов.

Выйдя из-за изгороди в более тихую часть сада, я направилась к дальней скамье, скрытой под сенью плакучих ив. Я хотела посидеть там пару минут, успокоить дыхание.

Но скамья оказалась занята.

Там, кутаясь в неприметный серый плащ, сидела леди Бриенна Тарли из Южных земель. Та самая тихая, незаметная девушка, которую Изольда притащила на Отбор словно вазу для интерьера.