Книга Книга Паучихи, страница 116 – Рика Иволка

Времени мало.

Замахнувшись, она вонзила кинжал в сочленение доспеха, что крепило грудину к воротнику. Автоматон завертелся сильнее, борясь с плащом, и Мэл крепче прижала ноги к стальному корпусу, заводя ступни ему под мышки и цепляясь носками за спину. А потом отклонилась назад и стала дергать кинжал вперед-назад, как рычаг. Слабости есть у любого организма, из живой плоти он или механической. Сердце питает тело, магия питает автоматона. Где-то должен быть источник магии. В каком-то хорошо защищенном месте.

Давай же! Давай!

Лязг за спиной – Алак отвлекал боем второго. Лязг под рукой – кинжал скрежетал, зажатый меж листов стали, но кажется… кажется… вот… Щелчок, еще щелчок. Грудина заскрипела и поддалась, отскочив, точно крышка сундука, и обнажая темное клубящееся нутро автоматона. Он отклонился назад, издавая механический рев, и Мэл едва не свалилась с его шеи, вовремя схватившись за шлем. Не видя цели, она замахнулась одной рукой и вонзила кинжал в грудину – раз, другой, третий! Пока острие не увязло в чем-то твердом и плотном и автоматон не затих. Малврае наклонилась вперед, всматриваясь в его грудь. Лезвие торчало в пульсирующем камне посреди черной бесплотной груди. Бам-бам-бам… бам… Камень потух, и доспех стал оседать на арену, будто разом опустел. Мэл вовремя спрыгнула и ловко перекатилась в сторону, чтобы не попасть под груду металла.

Меч Алактира лязгнул по доспехам второго, и тот внезапно замер, так и не занеся копье для ответного удара. Откуда-то сверху раздавались хлопки.

Мэл подняла голову, чтобы взглянуть туда, откуда доносился звук. На маленьком балконе высоко над ними стоял темноволосый мужчина в распахнутом красном халате и шароварах. Он широко улыбался, аплодируя им.

— Мое почтение госпоже Алеанундер! Проходите, прошу вас! Я всегда рад красивым гостям.

— Значит, вы хотели аудиенции?

Джавад Муаввиз восседал во главе стола, закинув на него ноги в остроносых бархатных туфлях ровно между винным штофом и блюдом с фруктами. Карие глаза лениво блуждали по фигуре Мэл, смуглые пальцы вонзались в мякоть большого красного апельсина, раздирая его на дольки.

Малврае изучала колдуна в ответ. Голос с акцентом звучал молодо, где-то между тембром Алака и Релинара, однако на вид Джавад казался старше их обоих. Тонкий нос с горбинкой, выразительная перевернутая арка верхней губы. Рамашадец был высок, как и все наземники, которых она встречала, но худощав – явно не утруждался тренировками. Одет экзотично, ярко, много замысловатых лоз и цветочных мотивов. Но самая приметная деталь – длинный белесоватый шрам, вертикально пересекающий грудь. Непохожий на те, что получают в бою. Слишком… ровный.

Джавад наклонил голову, ловя ее взгляд. Смуглое лицо разделила надвое широкая белозубая улыбка.

— …или вы пришли полюбоваться мной?

Мэл серьезно посмотрела в смеющиеся глаза Джавада.

— Нет. Мне нужно поговорить с…

— А куда нам торопиться? – Колдун скинул ноги со стола и облокотился на него локтями, небрежно махнув длиннопалой кистью. Сколько на ней колец! Такого количества перстней не было даже у матриарха Релинаров. Да, в золоте он явно не нуждался. – Вижу, ваш путь был нелегким. Поешьте. Ни в чем себе не отказывай, Алак-джа. – Джавад подмигнул дэву, а потом обратился к Мэл: – Ему палец в рот не клади, и тот сожрет, да?