Книга Книга Паучихи, страница 126 – Рика Иволка

— Что ж… – сказала она, улыбаясь. – Значит, он будет нам полезен. Потому что у меня есть план.

Он сидел в мягком кресле с золотистыми подлокотниками, как на троне. Ноги широко расставлены, взор ленивый и властный. Тяжелые мокрые пряди рассыпались по голой груди и плечам. Капельки влаги стекали с волос на мускулистый торс и неторопливо, словно млея, опускались до пояса красных шаровар. Он задумчиво поглаживал пальцем бровь, глядя на Малврае.

Малврае сочла бы это зрелище по меньшей мере впечатляющим и, возможно, даже в чем-то прекрасным, если бы не стояла перед ним на коленях с одним-единственным зудящим желанием – встать и врезать Алактиру прямо меж расставленных ног. Но не позволяла цепь.

— Ну-у-у, Алак-джа, что скажешь? Момент триумфа, возмездия… Он стоит всех мучений, а?

Джавад Муаввиз возлежал чуть поодаль на ворохе подушек, головой на коленях Иллиам. Сестра, снова погрузившись в свое кукольное состояние, медленно расчесывала его черные кудри и подавала курительную трубку, когда он повелительно вздергивал указательный палец.

— Да… – наконец проговорил дэв, – достойный дар. Поднимись.

Алактир смотрел прямо на нее. Мэл сердито сощурилась. Это ей? Он? Ей?

— Слу-у-ушайся, – тоном раздраженного учители протянул Джавад, не глядя на нее. – Если не хочешь очередной порки.

Следы от недавней еще ныли на ее бедрах. Знала бы Богиня, как трудно было сдержаться и не… Нет, лучше бы Богине сейчас закрыть глаза или смотреть в другую сторону.

Мэл медленно поднялась, звякая цепью, и презрительно посмотрела на Алактира. Вот они и поменялись местами, будь оно все проклято. Могла ли она вообразить, что такое когда-нибудь произойдет? Нет. Вот уж точно – нет.

Дэв молча похлопал себя по колену. А это что значит? Ей танцевать вокруг него? Петь?

Джавад громко выругался и, зажмурившись, потер виски.

— Очи небесные! – истерично воскликнул он. – Подойди и сядь к нему на колени, глупое создание!

Малврае сжала кулаки, но не сдвинулась с места.

— Подойди! – взревел колдун, резко приподнявшись на локтях. – Пока я сам тебя не…

— Мэл, – перебил его дэв таким спокойным голосом, что волоски на руках встали дыбом. – Я хочу, чтобы ты села ко мне на колени. Ты послушаешься меня, ведь так?

Джавад плюхнулся обратно на подушки, пробормотав: «Ну или так».

Малврае заставила себя разжать кулаки и подошла к дэву. Заставила себя сесть к нему на колени, позволила его руке лечь ей на зад и подтянуть ближе к телу. От Алака пахло миндалем и розовым маслом, и нельзя было сказать, что ей не нравилась эта близость. Скорее нравилась, и оттого было только хуже.

— Скажу тебе так, Алак-джа, друг! – Джавад зевнул, потягиваясь и млея под руками Иллиам. – Ты слишком добр к ней. Богиня создала нечто прекрасное – это безусловно. Но она наделила это прекрасное лишним… как это на примитивном… гордость?

— Нетрудно возгордиться, будучи чем-то… – Дэв запустил пальцы в ее волосы, мягко потянул, пуская по телу волны мурашек. – Кем-то столь прекрасным.

— Горделивость уродует женщин. В моей стране женщина – прекрасный цветок в шелках! Никаких шипов. Шипы портят шелк.

Алактир скосил насмешливый взгляд в его сторону.

— Ты ведь сам говорил, чем строптивее – тем лучше.

— Да? – Джавад открыл один глаз. – Я говорил такое? А… а-а-а! Что ж, я был прав. Во всех случаях.