Онлайн книга «Книга Паучихи»
|
Эти двое засмеялись, как закадычные друзья. Быстро же подружились снова. Видимо, на волне общей неприязни к женщинам Юдоли. Или приязни? Алактир смотрел на нее иначе. Не так, как в их первый поцелуй, не так, как в их первое соитие. Задумчиво, тягуче и тяжелее. Наслаждался властью? Или просто хорошо умел… Он поцеловал ее, и Малврае тут же забыла, о чем думала мгновение назад. О власти? О томности? Она сама прильнула к груди дэва, обнимая за шею. Подставляя губы его губам, раскрывая рот навстречу его языку. Когда она тихонько застонала, Алак отстранился и произнес тихо, так, чтобы услышала только Мэл: — Не забывайся. — А он тебе нравится, а, прелесть? – хмыкнул Джавад, наблюдавший за ними одним глазом. – Какая чувственная отдача… Алактир мягко обхватил ладонью ее шею сзади и погладил, массируя пальцами затылок. — Все любят ласку, – усмехнулся он, глядя Мэл в глаза. – Даже цветы с шипами. Особенно они. Где же ее шипы? Она совсем забыла о шипах. Какой там был план?.. Вместо того чтобы вспоминать, Малврае засмотрелась на его губы и потянулась поцеловать снова, но Алактир удержал ее за шею, выразительно округлив глаза. Он на что-то намекает? Мэл облизнулась и бездумно потянулась снова. Алак наклонился к ее уху: — Ты должна ударить меня. Помнишь? — Зачем?.. Ему и так нравится. Мэл украдкой посмотрела в сторону лежбища колдуна. Джавад наблюдал за ними сквозь прищур, как большая ленивая мантикора, но по тому, как часто поднимается его грудь, как маслянисто блестят глаза, было ясно – зрелище ему более чем нравится. Алак тихо усмехнулся. — Не думал, что когда-нибудь ты откажешься мне врезать. Ну раз ты так просишь… Малврае опустила руку на его бок, легонько погладила. После того как дэв, изображая приступ ярости на нее за пощечину в купальне, схлестнулся с автоматоном и тем самым отвлек стражу, на том месте был синяк. С тех пор прошло два дня, но ушиб еще болел. Мэл сильно вдавила в него костяшки, и Алак весь напрягся, тяжело дыша от боли. — У меня есть кое-что получше удара, – шепнула она ядовито-ласково. — Мэл!.. – процедил сквозь зубы дэв. – Больно!.. — О… я могу сделать еще больнее. – И она надавила сильнее, заставляя его вскрикнуть. А потом он зарычал, и Мэл запоздало поняла, что перестаралась. Синие глаза затопило гневным золотом, и через мгновение она уже лежала на полу, уткнувшись щекой в колючий ковер, а дэв навалился на нее сверху, выбивая воздух из тела. Джавад резко привстал на локтях, жадно впитывая взглядом каждое их движение. Словно они бойцы на кровавой арене, словно кто-то из них скоро умрет, и ублюдку не терпелось это увидеть. Иллиам была права. – В своем гнезде алакель всесилен, почти как боги в своих мирах. Это его дом, его убежище, логово зверя. Здесь он расслаблен, ленив и алчен до удовольствий. А расслабленность лишает бдительности. И это наш первый козырь. – А второй? Иллиам усмехнулась. – Увидишь. Похоть. Теперь она видела это отчетливо. — Ей нужно преподать урок! – Голос Джавада приобрел рычащие нотки – так звучит голод. – Преподай ей урок! Дэв привстал с нее, и Мэл с облегчением вдохнула полной грудью, но тут же снова затаила дыхание, когда Алак задрал на ней шелк, оголяя зад. Что он еще задумал? Прямо здесь?! — Алак! Нет! – прошипела она, пытаясь встать, но дэв заломил ее руку за спину, снова утыкая щекой в ковер. – Мы так не дого… |